Чужбина

Диплом Виктора коза не съела, но разжевала его до неузнаваемости.

Татьяна сочла это обоснованным поводом, чтобы вернуться в Оренбург, где она планировала не только восстановить документ в деканате института, но и подыскать Виктору подходящее место в самом городе. У них в ресторане давно поговаривали, что у местных властей есть планы построить в городе теплицы, чтобы круглый год обеспечивать горожан свежими овощами.

– Без отличника агронома им не обойтись, – рассуждала Танечка.

Возвращаться в Аккемир она не собиралась.

Яков смотрел вслед уезжающей невестке и уже четко понимал, что Виктору Яковлевичу никогда не быть главой семьи Яковлевых.

Их сын уже который день ходил понурив голову. Он все же в глубине души надеялся, что жена останется рядом с ним.

– Ну а что Тане здесь делать? – пыталась успокоить сына Алтын. – Где ей здесь работать? В Аккемире никогда не было ресторана.

– Так собираются в следующем году открыть столовую для командировочных, – подал голос полудремавший Яков.

Хабхабыч лежал на нарах под окном, прикрыв лицо развернутой районной газетой.

– Три раза рак на горе свистнет, прежде чем они свое обещание сдержат, – уныло ответила ему супруга.

– Что зря загадывать? – отбросил в сторону многотиражку и присел на нарах отец. – Я бы тебе посоветовал, товарищ Яковлев, не ждать конца отпуска, а идти прям сейчас в контору совхоза. Постепенно привыкай к новой должности.

***

Молодожены стали жить на две стороны: Оренбург – Аккемир. Начинающий агроном правдами и неправдами старался хотя бы раз в неделю вырваться на почту в райцентр. Благо всего-то двадцать восемь километров от совхоза. За стойками “Междугородние переговоры” и “Денежные переводы” его уже каждый знал лично в лицо.

Так продолжалось почти год. Танечка смогла устроиться работать только на проходную студенческого общежития. Того самого, куда она сама когда-то тайно пробиралась мимо спящих вахтерш.

Три месяца тому назад на стройке погиб ее отец. Он пьяным зачем-то полез на сваи многоэтажного здания. Еуджении Сырбу пришлось потратить скромные семейные сбережения и даже продать золотое обручальное кольцо погибшего мужа, чтобы переправить гроб с телом умершего в Пыржолтень. Собрав свои нехитрые пожитки, она купила билет на родину.