Выжить, чтобы жить. Часть вторая романа «Sancta roza»

– Это у вашего бойца напрочь мозги отбиты, – принялась возмущаться сестра-хозяйка, – попросила помочь сойти с высоких ступенек вагона, а он и руки распустил.

– На губу захотели? Боец, поставьте даму на землю! – возмущаясь тону штрафника, распорядился Политика.

– Я – девушка! – перебила Дворникова Татьяна.

– Тем более, следует отпустить. Девушек удерживать, если они сами этого не пожелают, это вообще статья УК. Не желают же? – смеясь, спросил Иван Петрович.

Алёшин ослабил руку. Медицинская сестра тут же соскользнула на землю.

Почувствовав под ногами твердую почву, она демонстративно поправила юбку, одернула белый халат, обернулась на зак-вагон, поймав одобрительные взгляды стоявших в тамбуре подружек, подошла ближе к костру.

– Про гауптвахту и статью – это серьезно? – настороженно спросила девушка.

– Серьезней некуда! – ответил Дворников и, повернувшись к Алёшину, продолжил: – Время завтрака, вы остаетесь или с нами? Мужики хавку по вагонам разнесут, малость перекусят, перекурят и отправятся воронку засыпать на железнодорожной насыпи.

– Без меня можно? – осторожно поинтересовался Илья.

– Как скажите! Смотрю, вы здесь прижились и с обязанностями справляетесь, только от усердия не надсадитесь, – по-дружески заметил Политика.

– Я думаю, мне и тут что-нибудь перепадет, санитарки похлебку готовят, сухари есть, не пропаду, но пара банок тушенки в супчик не помешали бы, – предположил Илья.

– Паек занесем. Затруднения нарисуются, не стесняйтесь, зовите, мы зараз разрулим, – подытожил разговор Иван Петрович и направился к хозяйственному вагону.

Вставив бак в железное кольцо и проверив устойчивость ножек автоклава, Алёшин принялся перетаскивать из костра горящие головешки под днище ржавого монстра, чтобы под ним развезти огонь.

– Подождите, подождите, – закричала сестра-хозяйка. Она подбежала к автоклаву, проворными движениями рук на баке развязала тряпичную ручку, размотала простынь и аккуратно положила на пожухлую осеннюю траву недалеко от костра.

Вернувшись к кострищу, раскрутила, откинув зажимы с крышки автоклава, из его внутренностей извлекла две небольшие биксы и положила на простынь. Расстегнув крышки, махнула рукой в сторону состава. Санитарки на носилках бегом принесли большой клеенчатый сверток. Тут же на простыне развернули его, обнажив вымытый хирургический инструмент и какие-то тряпицы. Татьяна быстрыми движениями принялась заполнять блестящие емкости.