Панчо Вилья и мексиканская революция

Парраль был последним городом, признавшим диктатора Порфирио Диаса, когда тот захватил власть в 1877 году.

В центре Парраля – несколько величественных католических храмов, муниципальный дворец, дома богатых помещиков и владельцев рудников. Окраины города застроены глинобитными хижинами, в которых живут ремесленники, носильщики, уличные торговцы. На главной площади Сан-Хуан де Диос устраивается ежегодно 10 апреля – в день святого Антония – ярмарка. Сюда съезжаются издалека пеоны, рудокопы, пастухи – чаррос и мелкие фермеры – ранчерос.

И в этом 1910 году в день святого Антония на площади Сан-Хуан де Диос было людно и оживленно. Бойко шла торговля всякой всячиной: тортильяс – лепешками из кукурузы, которые пекут здесь же, на виду у покупателей; тамаляс – пирожками из кукурузной муки, начиненными свининой и перцем и завернутыми в кукурузные листья; пулькой – алкогольным напитком из кактуса агавы; обжигающим нёбо и внутренности перцем – чиле; атоле – молоком с корицею. На лотках – горы разнообразных сомбреро с широчайшими полями; уздечки и седла, украшенные серебром; гуарачес – сандалии из сыромятной кожи; серебряные и медные величиной с блюдце шпоры, звенящие, точно колокольчики; сарапе – домотканые покрывала, раскрашенные во все цвета радуги, с разрезом посередине, заменяющие плащ, одеяло или матрац, смотря по надобности; петатес – соломенные циновки с яркими узорами.

Площадь заполняла пестрая толпа пеонов, рудокопов и ранчеро, одетых в белые панталоны и покрытых сарапе.

На головах у них красовались широкополые сомбреро, а ноги были обуты в неизменные гуарачес. Приезжие слонялись из стороны в сторону, не столько в поисках чего-либо необходимого, сколько в надежде встретить знакомого или друга. Ведь для чего же ездят на ярмарку, как не для этого? Они подолгу останавливались около бродячих певцов, которые под звуки маримбы – индейского ксилофона – пели корридо – народные песни – о великих патриотах Идальго и Хуаресе, о бесстрашных и неуловимых разбойниках, о пылких и несчастных влюбленных. Полицейские, вооруженные плетками из сыромятной кожи и огромными пистолетами, важно, точно павлины, расхаживали вдоль лотков, пытливо вглядываясь в лица пеонов.

Когда на башне муниципалитета часы пробили полдень, в самом центре ярмарки раздались один за другим три выстрела.

Толпа на площади замерла на мгновение, потом, точно раненое стоглавое чудовище, зашумела, заметалась в разные стороны.