Медовый Спас

– Ты хоть представляешь, где находится Красноярск? Знаешь, сколько сот километров будет от этой речки, именуемой Уклейкой, до Красноярска?

– Откуда же мне знать? У меня нет карты, – развёл руками Павел.

– Что ж, похоже, ты не врёшь. То-то я думаю: что за гул и громкий хлопок вчера утром я слышал вдалеке. Значит, самолёт неподалёку грохнулся.

– Вообще-то мы с Анатолием от места крушения шли довольно долго. Самолёт упал в речку. Только это была не Уклейка, а другая мелкая неширокая речка. Мы сначала от реки в тайгу углубились.

– Это вы зря! Лучше идти по берегу реки.

– Мы от медведей ушли. Их возле реки и самолёта много объявилось. Они трупы погибших принялись пожирать.

– Непорядок, когда покойников звери грызут. Людей похоронить надо. Да так закопать, чтобы ни медведь, ни росомаха могилы не разрыли. Надо будет место падения самолёта отыскать и людей туда привести. Покойников положено хоронить.

– А разве спасатели рано или поздно не придут на место падения самолёта?

– Какие ещё спасатели? Разве в такой огромной тайге легко отыскать упавший самолёт? Глухомань тут! Правда, упавшие вертолёты наши люди иногда находили в тайге.

– Значит, глушь здесь?

– Глушь! Никакой цивилизации! – радостно подтвердил лодочник.

– А как вас зовут?

– Игорь Стравинский. Обращайся ко мне просто: Игорь, – прервав молчание, представился незнакомец. – Сразу скажу, что к великому композитору я никакого отношения не имею.

– Ты сказал, что здесь живут люди. Далеко отсюда населённый пункт?

– На Звон-острове стоит село. Километрах в двадцати отсюда. Сейчас мы выйдем в речку Каменку, которая впадает в Уклейку. Там придётся грести против течения. А из Каменки мы попадём в небольшую речку, которая вытекает из озера, на котором стоит Звон-остров.

– Толя дотянет до Звон-острова? – кивнув на бледного Анатолия, спросил Павел.

– Должен. Вроде, на вид – он крепкий мужик.

– А больница на том острове есть? Ему нужны антибиотики.

– Какая ещё больница? В селе только полсотни домов стоят да храм, а вокруг тайга на сотни вёрст. Ни больницы, ни магазина, ни школы, ни почты у нас нет. Мы обособленно живём. Ушли мы от суетной жизни на этот остров.

– Отшельники, значит?

– Какие же мы отшельники? Нас там не меньше сотни человек живёт.

– Староверы, что ли?

– Это как? – не понял Игорь.