Энциклопедия наших жизней. Два друга и «Москвич 408». Том 3

Но, к сожалению, ни разу никого не встретил…

В 2005 году, узнав об этом случае, как одиннадцатилетний мальчишка убежал к отцу на фронт, была опубликована 6-го мая 2005 г статья в «Московском Комсомольце» под названием – «ПОЛ – ЕВРОПЫ ПРОШАГАЛ ОН, ПОЛЗЕМЛИ»…

Там, правда, была допущена ошибка – ветераном войны он не стал…

После окончания войны, отец был направлен служить в Германию.

У него к этому времени была другая семья. Родился младший брат Виктора – Женя. Я на Украину не вернулся. Учёбу продолжал во Фрунзе, а жил в семье дяди Миши, брата отца.

Позже, когда отец вернулся из Германии, он купил полдома в Бресте, где и прожил до самой смерти. Я приезжал к ним в гости во время каникул, а, женившись, навещали Батю уже всей семьёй, на октябрьские праздники, на машине.

Как странно распоряжается судьба. Сколько – общих похожих «биографических» строк находится в моей жизни и в жизни Коли Макаровца. Может быть, и поэтому тоже – нас потянуло друг к другу и мы стали друзьями до «гробовой доски», как говорится?

(Реплика И.

В.: – А слова-то эти оказались пророческими…).

О нашей первой ЭВМ – машине Урал-1 Соркин обычно говорил, что один вариант он рассчитает быстрее и точнее, чем машина.

Только позже, когда надо было рассчитать большое количество вариантов с изменением многих параметров, да ещё построить графики (чем до этого занимались инженеры его лаборатории), он согласился, что – ЭВМ при наличии графопостроителя с работой справится, наверное, быстрее.

Наша первая на предприятии ЭВМ УРАЛ – 1

Пульт управления ЭВМ «Урал – 1».

За этим пультом я провёл многие месяцы и часы, во время наладки машины научился курить и выкуривал в день по две пачки папирос «Беломорканал». Курил я года два, а затем бросил и уже в жизни никогда не курил.

В марте 1959 года машина «УРАЛ – 1» начала работать. Вычислительная машина входила в отдел Победоносцева Ю. А., лабораторию Гришанова В. И.

С приходом в лабораторию Соркина Р. Е., в 1959 году резко увеличилось число задач.

Наша тихоходная машина начала работать в две, а потом и в три смены.

Соркин хорошо играл в шахматы.

После работы, когда многие уже покинули институт, в его кабинет приходили любители и предлагали отдохнуть за шахматной доской.

Мой сын Олег тоже несколько раз с ним сражался. Олег даже предложил новый вариант игры, который они вместе опробовали на деле. Счёта их игр я не знаю. В шахматы они обычно играли дома у Рувима Евелича.