Колымская сага

– Ты цел? Я уж думал, вы тут перестреляли друг друга.

– Нет. Друг друга нет. Вот этого… – он показал на лежавшего зэка. Тот застонал.

– А мы думали, вы уток стреляете. Так что произошло?

– Это беглый зэк. Убить нас хотел.

– Ясно, потом расскажете.

Все вновь прибывшие подошли к зэку. Они ошарашенно глядели на окровавленное месиво у него между ног.

– Вот это да! – присвистнул сосед.

– Его надо срочно перевязать, а то из него вся кровь вытечет, – сказал Николай Николаевич.

– Если это поможет, – задумчиво произнес его друг.

Мы достали из мешков почти весь имевшийся перевязочный материал. Славкин отец с приятелем занялись перевязкой. Вокруг кровавого массива ножом отрезали штаны и, не промывая, наложили бинты, которые сначала сразу же промокали, но затем как-то все постепенно унялось, и перевязка состоялась.

– Промывать нельзя. Но и так он может получить заражение крови, – заключил Николай Николаевич. – Вряд ли он вообще жилец.

Если даже выживет, ходить никогда не будет.

– А как он, черт побери, выживет? Мы же не потащим его на себе в такую даль, – усомнился его спутник.

– Черт его знает, что делать. Ему, конечно, нужна немедленная операция. Тащить его действительно нельзя, он загнется по дороге. Да и как его дотащишь по горам, по долам. Бросить здесь подыхать мы его тоже не можем. Вот что, Петрович, надо тебе, наверно, топать до дома и сообщить все куда следует. Пусть там решают.

Пришлют вертолет или конвой какой. А я с ребятней и беглым останусь здесь. Все равно на неделю отпросился. Ты длинный, по тундре хорошо ходишь, дорогу хорошо знаешь. Завтра к вечеру дойдешь. Потом сам решай, как и что.

– А что сказать-то?

– То и скажи: на ребят напал беглый, но они были с ружьем и подстрелили его. За ружье я отвечу, договорюсь. Ну вот. Зэк умереть может, скажи. Пусть пришлют кого-нибудь.

Петрович помог нам перетащить зэка назад, к нашему островку, немного отдохнул, перекусил и ушел.

Мы остались вчетвером. Снова поставили палатку, обустроились. Николай Николаевич рассказал, что когда младший вернулся домой и рассказал, что мы вдвоем пошли на озеро, все страшно перепугались, а мать сказала, чтобы кто-нибудь из взрослых немедленно отправлялся за нами. Сам отец не очень боялся за нас, так как знал, что мы привычны к лесу, а на старшего сына он полностью полагался.