Колымская сага

В этой двойственности – единство.

Они сидели рядом и наслаждались дыханием, которое стало общим. Вновь рождалась и укреплялась любовь. Это парадокс любви: вас двое и всё же вы чувствуете себя одним. Драгоценные мгновения.

Так это было в далёком холодном краю, в убогом домишке, предназначенном для хранения проб керна, поднятого с потаённых глубин мёрзлой земли. По стенам бегали блики горящего в печи угля, тишина нарушалась только дыханием двоих, прижавшихся плечами друг к другу. Постепенно переплелись руки, губы дали первый после разлуки поцелуй.

«Мы вместе, мы не расстанемся», – подумали они одновременно.

Наступило первое общее утро. Дети крепко спали. Ольга и Иван вышли на низкое крыльцо. Солнце ещё не взошло. Но в необыкновенной тиши сопок занималась заря.

– Оля, я полюбил этот край. Прими и ты его. Мы будем вместе и не расстанемся.

– Я бы хотела пойти с тобой вместе в лес на буровую. Так интересно посмотреть, как вы ищите золото.

– Это не женское и уж вовсе не детское дело.

Тем более что скоро зима. Вам придётся переждать её здесь. А когда будет тепло, я вас возьму с собой в нашу полевую партию. А сейчас надо обеспечить тепло на зиму и еду для семьи.

Они вернулись в дом.

– Ваня, а какие зори здесь тихие!

Он рассмеялся. Шуметь пока было некому. Была заря, начало колымского строительства, дорог, приисков. Заря добытчиков земных северных богатств.

– Оля, я хотел бы, чтобы ты поняла, почему я полюбил свою работу геолога, чем для меня стала геологическая разведка именно в этом краю.

Ольга и Иван сидели около печки в своём временном жилище, где их дети обрели сытость, тепло и покой. Пока дети спали, Иван хотел многое рассказать Ольге. Они вместе. И так пойдут по жизни. Душой она должна понимать его. И тогда их любовь будет настоящей.

– Решение стать геологом-разведчиком обрело во мне силу после первой практики в институте. Руководителем практики у нас был опытный геолог. Он был неутомим в пеших переходах, его не затрагивали неудобства таёжного быта.

Внимательно, задумчиво, пристально он всматривался в сколки каменных пород. А вечером разговор у костра. Поначалу дельный и серьёзный, потом шутливый, освящало всё это – гитара и песня. Ты же знаешь, у меня голос как раз для тайги. На сцене всё мельчает. Руководителя звали Шахов Феликс Николаевич[6 - Шахов Феликс Николаевич безусловно заслуживает внимания как личность. Он прожил жизнь невероятную.