О тех годах

– Спасибо тебе, Федин, от всех нас спасибо, – нагнувшись, Илья поцеловал его.

– Повоюем еще, – ответил Федин.

За спиной Ильи послышался знакомый голос:

– Товарищ капитан, старшина Михайлик прибыл!

Илья повернулся и увидел осунувшееся, давно небритое лицо Михайлика. Он шагнул к нему и крепко обнял.

– Жив?– вырвалось у него.

– Добрался, нашел? А как же наши, как Оксана и Семочка?

Михайлик посмотрел на Петра Семеновича.

Все сняли шлемы, танкисты в суровом молчании стояли полукругом у могилы.

В центре, в земле, лежал покрытый красным полотнищем Петр Семенович. С трудом сдерживая волнение, Илья произнес:

– Мы хороним человека, которого все любили. В самые тяжелые минуты он всегда поддерживал в нас веру в то, что русский народ выстоит, победит. Мы никогда его не забудем. Прощай, наш дорогой друг и соратник.

Осторожно опустили тело в могилу. Посыпались комки земли, они издавали глухие звуки. Вдруг зазвучала скорбная музыка. Она приближалась и усиливалась. Илья оглянулся и увидел командира танка Крылова.

Он шел медленно, играя на баяне любимую песню Петра Семеновича – « На сопках Маньчжурии». Вот он уже у могилы, и остановившись, запел протяжно и печально. Другие танкисты хором подхватили песню:

Тихо вокруг,

Лишь ветер на сопках рыдает.

Порой из-за туч выплывает луна,

Могилы бойцов озаряет…

Песня звенела все громче, заполняя весь лес. На опушке разорвалась мина, за ней вторая, но танкисты продолжали петь. Все ниже опускал Илья голову, и глаза заволокло пеленой слез.

8.

Илья сидел под лохматой сосной и в руках держал партбилет Петра Семеновича. У него самого такая же книжечка. На него нахлынули воспоминания, как его принимали в партию.

« Сейчас война. Где сейчас наши войска? Надо пробиваться к своим войскам. Не все же так потрепаны, как батальон и полк наш?»– так думал Илья и гладил ящичек из полированного дерева. Под рукояткой торчит записочка и рукой Петра Семеновича написано: « Илья Петрович, на память тебе». И подпись замполита.

А в шкатулке толстая тетрадь с его записями. Подошел старшина Михайлик и что-то ломает пальцами. Михайлик небольшого роста, а силы у него много.

– Вот оно как получилось, – заговорил он, – и отошли то куда, еле отыскал вас. Мыкался, мыкался по дорогам и всюду немцы. Утром слышу грохот боя, стреляют наши танки. Нашел вас. Полк-то наш где?

– Все здесь, Михайлик.

– Как же так?

– Расскажи лучше, как там наши.

– Я писал с дороги вам. Всего насмотрелся.