Кавалергардский вальс. Книга четвёртая

И это был не единичный случай регентства в Европе на тот момент; в Дании с 1784 года в царствование короля Христиана VII (признанного безумным) тоже правил регент.

Пален выпустил в потолок кольца дыма. «Объявить Павла сумасшедшим не составит большого труда… Уж слишком он накуролесил за короткое время правления и начудил!! – размышлял он. – И, если Сент-Джеймский кабинет готов субсидировать эту линию, то, пожалуйста! Я готов её поддержать! Хотя знаю, что Россия – совершенно отличное от других государство, и европейские штампы здесь не пройдут… Павел ни за что добровольно не отдаст власть сыну, в каком бы безумии его не обвинили!!»

Таким образом, губернатор Пален принимал английские талеры, и предпочитал иметь свой взгляд на решение данной проблемы, но пока держал его в секрете от всех.

1800 год март-апрель

Санкт-Петербург

В конце марта в Петербург вернулся великий князь Константин Павлович, а точнее, был доставлен в карете адъютантами в бессознательном состоянии от алкогольного опьянения.

Возвратившись из Дубровиц со злополучной свадьбы Варвары Николаевны в Тверскую гостиницу, цесаревич неделю беспробудно пил у себя в номере, круша посуду и мебель! Ситуация адъютантам уже была знакома, и они действовали по налаженной схеме: дождались когда Константин свалится с ног, спеленали его в простыни, как ребёнка, и погрузили в карету! По дороге в столицу цесаревич ругался, плакал, приказывал останавливаться в каждом придорожном кабаке, где вновь напивался и падал без сил…

У себя дома в Стрельне, оклемавшись, Константин Павлович во всех своих бедах обвинил жену Анну Фёдоровну и побил её так, что та со слезами бросилась в ноги к свекрови с отчаянной просьбой о разводе с опостылевшим ей супругом!

Императрица в разводе отказала категорично.

Но сжалилась над снохой и, дабы не выносить сор из избы, отправила Анну в Царское село, чтоб бедняжка смогла пожить там отдельно от мужа, и в стороне от любопытных глаз залечить синяки и кровоподтёки.

Константин же имел неприятный разговор с отцом.

В результате устроенной сыну хорошенькой взбучки, Павел официально приставил к нему двух конвоиров-соглядатаев, которые обязаны были всюду сопровождать цесаревича и удерживать от принятия алкоголя! И, если потребуется, применять силу!!

А, чтоб Константин не маялся дурью, император загрузил его работой, заставив ежедневно инспектировать полки и докладывать об исполнении ему лично.

Зимний дворец

Павла не покидало чувство тревоги.