Кавалергардский вальс. Книга четвёртая

 – «Вот, значит, что ты на самом деле обо мне думаешь, братец?!»

– Лизку загнать в Царское село! – продолжал запальчиво Константин, разбрызгивая слюну. – Аньку Гагарину с мужем – обратно в Москву!! А дом их – Варваре Репниной! Нет! Варвара Николаевна будет жить со мной в Зимнем дворце! Варвара Николаевна будет императрицей!!

«У-у, куда понесло…», – печально вздохнул Александр. Улыбка уже исчезла с его лица, и ей на смену пришло тягостное удручённое выражение.

Неизвестно, до чего ещё договорился бы воображаемый император Константин «Первый», если бы в разгар его пламенной тирады, он, размахивая рукой вдруг не задел большущую фарфоровую статуэтку на комоде.

Та грохнулась о паркет, разлетевшись вдребезги!

Константин, не заметив этого, испугался грохота, взвизгнул и взлетел с ногами на кровать:

– Что это? Выстрелы?? Покушение на государя!! – завопил он. – Меня хотели убить! Все сюда!! Это заговор! Императора хотят убить!!

Александр побледнел. Шутка перестала быть смешной. Эти вопли сейчас услышат офицеры за дверью!! И что они подумают?! Он прыжком бросился на брата и повалил его в подушки:

– Тише ты!! Угомонись! Это всего лишь игра!

– Прочь!! – начал яростно отбиваться от него Константин, всё ещё пребывая в плену своей фантазии.

 – Не тронь меня! Я – твой император!! Стража! Ко мне!

Александр схватил вазу со стола, выбросил из неё цветы, и безжалостно выплеснул воду в лицо «государю», чтоб привести его в себя…

Улица Вознесенская,

доходный дом купца Гейдемана

Саша вернулся от великого князя домой понурый.

Алексей, прежде, чем начать разговор, предусмотрительно выглянул в коридор, плотно закрыл двери и увёл друга в дальнюю комнату. Там, усадив его на кровать, шёпотом спросил:

– Ну, что? Поговорил?

– Поговорил, – кивнул тот.

– Что сказал Александр Павлович?

– Он испугался, – грустно сообщил Чернышёв. – Он сказал: «Ты мне ничего не говорил, а я ничего не слышал».

– Стало быть, он не скажет ничего императору?

– Нет.

Не скажет.

– Н-да… Это скверно, – покачал головой Охотников. – Это очень скверно! Теперь я не поручусь, что тебя, Чернышёв, «нечаянно» не укокошат в каком-нибудь тихом переулке!!

– За что?

– Как это «за что»? Ты опасен!!

– Кому?

– Всем!! – развёл руками Алексей. – В первую очередь, конечно, заговорщикам! Раз Александр Павлович отказался от участия в заговоре, значит, есть угроза, что в любой момент заговор будет раскрыт императору.