Кавалергардский вальс. Книга пятая

Она тоже испытывала лёгкую неловкость:

– Простите, я не знаю, как к Вам обращаться…

– Поручик Охотников, – представился он.

Она задумалась. Нет, фамилия Охотников ей решительно ничего не подсказывала.

– Поручик Охотников, там в парке нам не дали поговорить. У меня к Вам есть один деликатный вопрос.

– Я весь внимание, Ваше императорское величество! – Алексей жадно поглощал глазами каждое её движение.

Елизавета поймала на себе этот взгляд и смутилась:

– Я знаю, что Вы посещаете могилу моей дочери, – призналась она.

 – Нет, я не осуждаю Ваших действий. Мне приятно, что Вы оказываете почести светлой памяти моей бедной девочки. Но, однако… я не понимаю. Скажите, почему Вы это делаете?

«Потому что я люблю Вас!» – чуть не выпалил Алексей, но поймал себя за язык и… поперхнулся. И закашлялся.

– Что с Вами? – удивилась она.

Но он продолжал кашлять, и никак не мог остановиться.

– Выпейте воды, – любезно предложила Лиз, сама наполнила стакан и протянула ему.

– Благодарю, Ваше величество.

– Что Вы прячете за спиной? – не выдержала она.

Лёшка вытянул слегка помятый букет и дрожащей рукой протянул его императрице.

– Что это? – растерялась она, принимая цветы.

– Ромашки.

– Ромашки?? – переспросила она и вдруг застыла, точно парализованная.

…Вот оно! То самое слово!…В памяти тут же появились светлые вспышки: солнце, высокая трава, качание кареты, весёлый смех Дороти, и мальчик… Он едет верхом рядом с каретой и не сводит с неё влюблённых глаз.

«Лиз, спроси его о чем-нибудь», – слышится голос Дороти. «Это же неприлично», – восклицает она. «Ну, признайся, тебе самой хочется»… Да, ей, действительно ужасно хотелось тогда заговорить о чём-нибудь с незнакомым красивым мальчиком. И она спросила какую-то чепуху…

– Что Вы сейчас сказали? – Елизавета выпала из воспоминаний и с любопытством уставилась на поручика.

– Ромашки, – повторил Алёшка, наблюдая её растерянность, и ощутил, как у него самого развивается дрожь в коленях.

 – Вы спросили, как называются эти цветы, – напомнил он, – Я ответил: «Ромашки». А Вы тогда сказали: «Какое смеш…

– Какое смешное слово «ромашки», – машинально повторила вместе с ним Елизавета и сама испугалась тому, что произошло.

У Алексея вытянулось лицо:

– Вы… неужели, Вы помните?!

– В-вы.. тот самый Алексей?

– Не может быть… Вы запомнили моё имя?!! – воскликнул он, потрясённый до глубины души.

Елизавета растерялась.