Кавалергардский вальс. Книга третья

Поверьте, в роли великой княгини Романовой Вы были бы великолепны!!

14 февраля 1799 года

Павловск

– Элен, я так волнуюсь, – призналась Сашенька, теребя в руках кружевной платок. – Что там? Не видно ещё?

Елена Павловна лежала животом на подоконнике:

– Нет, ещё не приехали.

– Посмотри на меня, – попросила сестра. – Всё в порядке?

– Ты чудо, как хороша! – успокоила её Елена. – Этот австрийский принц будет сражён наповал! Как он называется в своём Венгерском королевстве? Всё время забываю это слово…

– Палатин, – подсказала Сашенька.

– Выходит, если ты станешь его женой, то будешь «палатина»?! До чего уморительное название!

– Перестань смеяться! – взмолилась Сашенька, – Посмотри, не едут ли?

Елена подышала на замороженное стекло и стала отогревать образовавшийся кружочек ладошкой, при этом весело подбирая слова в рифму:

– Палатина, Палестина, мандолина, Коломбина…

– Элен!! – обижено топнула ножкой Сашенька, – Ты это нарочно?

– Едут!! – крикнула Елена, падая с подоконника.

Сашенька отпихнула сестру и прильнула глазом к прогретому кружочку на стекле:

– Подъехали… Отец вышел из кареты. Ростопчин, Кутайсов… Куракин… Господи, они-то зачем здесь?? А вот и он!… Ах, Элен! Он такой высокий!

– Дай мне тоже посмотреть! – возмутилась Елена, – Ты ещё успеешь на него насмотреться!!

В комнату вошла Мария Фёдоровна:

– Альхен, – произнесла она взволнованно, – Гости прибыли. Пойдём вниз.

– Можно я тоже пойду? – попросила Елена.

– Нет, – покачала головой мать, – Позже. Если отец разрешит.

Иосиф, увидев Сашеньку, влюбился с первого взгляда. Вернее, он влюбился вначале в её портрет, который возил всегда с собой. И теперь, увидев великую княжну воочию, просто потерял дар речи.

Сашенька в ответ была очарована женихом. Она отметила то, какие у него добрые трогательные глаза серо-голубого цвета. И сам он высокий, стройный, но в то же время нежный и трепетный, что дух захватывало! Молодые люди долго смотрели друг на друга, не в силах произнести ни слова.

– Здрла-фстфуй-те, ми-лая Александрин…, – и, смутившись, перешёл на немецкий, – Простите. Я так долго учил несколько приветственных фраз на русском языке. Мне хотелось сказать их Вам при встрече. Но, увидев Вас, я забыл всё!! Позвольте же сказать по-немецки: Вы прекрасны! Вы – чудный цветок.