Кавалергардский вальс. Книга вторая

На сегодняшнем занятии Пётр Фёдорович пообещал Елене, что позволит ей надеть сапоги со шпорами и проехать в них верхом на Лауре. Елене ужасно хотелось самой прикрутить эти замысловатые колючие звездочки к каблукам. И она, вооружившись молотком, уже четверть часа примеривалась, но никак не могла разобрать хитрости крепления.

В покои вбежала Сашенька и закружилась по комнате. Елена покосилась на сестру, которую привыкла видеть последнее время удручённой и тихой, как тень:

– Что случилось?

– Ах, Элен! Папенька сказал, что Шведский посол, господин Клингспор нынче прибыл в Петербург с тем, чтоб отдать дань памяти бабушки Екатерины Алексеевны.

И, пользуясь случаем, папенька имеет твёрдое намерение через него возобновить переговоры со Швецией о моей свадьбе с Густавом!! Он рассчитывает непременно добиться того, чтобы этот брак состоялся!!

Елена от неожиданности выронила молоток, и тот больно ударил её по пальцу. Она вскрикнула и засунула раненый палец в рот.

И рассердилась:

– Зачем?! Зачем он это делает?

– Он желает мне счастья, – развела руками Сашенька, – Неужели не понятно?

– Чушь какая!! – возмутилась Елена, – Густав опозорил себя и тебя! Он не достоин быть твоим мужем! И, возобновив эти переговоры, отец только унизит себя! Бабушка ни за что бы этого не допустила!

– Именно бабушка допустила этот позор. А отец его исправит!! – заявила Сашенька, топнув ногой, – Он заставит Густава жениться на мне.

И все в Европе поймут, кто такой Русский император Павел!! И что с ним шутки плохи!

– Э-э-эй, опомнись! Что ты делаешь?? Ты сейчас говоришь папенькиными словами! – поймала её Елена, – Он задурил тебе голову. Немедленно пойди к нему и отговори от этой нелепой затеи, пока не поздно! – приказала Елена, вставая в угрожающую позу.

– И не подумаю!

– Ну, смотри же! – пригрозила она ей шпорой зажатой в кулаке, – Когда ваша идея провалится, и ты опять будешь рыдать в подушку и падать в обморок, я к тебе даже не подойду! Последний раз тебе говорю: откажись!! Это глупо и унизительно!

– Да?! – обижено заявила Сашенька, задрав высоко подбородок, – А, по-моему, куда более глупо и унизительно великой княжне прикручивать шпоры на сапоги!

Сашенька дерзко показала сестрице язык и вышла прочь из комнаты.

Барятинский вошёл в покои великой княжны на очередной урок:

– Доброе утро, Елена Павловна.