Наследники и самозванцы. Книга пятая

Фельдмаршал, рассудив здраво, пришёл к выводу, что пролить свет на эту загадку может только кто-то из двух: Бирон, либо Остерман. И решил начать с канцлера.

– В ссылке?! – оторопел Миних, услышав ответ на выдвинутый канцлеру вопрос о местонахождении потерянных им людей.

– Да, в ссылке, – невозмутимо подтвердил Андрей Иванович, не прекращая что-то строчить, скрипя пером.

Миних побагровел:

– Как же Вы посмели распорядиться моими людьми?!

– Посмел, батенька.

– Какое Вы имели право?!!

Тот поднял на фельдмаршала угрюмый взгляд:

– Приказ государыни-императрицы.

Миних вскочил, извергая гнев:

– Будто я не знаю, кто этот приказ составил?! – он грубо ткнул пальцем канцлеру в грудь, – Не изображайте тут святую простоту!!

– А ну прекратить!!! – Остерман приподнялся из кресла и со всех сил ударил кулаком по столешнице, – Что Вы мне истерики закатываете, будто визгливая бабёнка?! Да на Вашем месте я бы прикусил язык и не заикался даже об этой истории, учитывая то, какое опасное положение сейчас на наших границах со Швецией!

– Это почему же я должен прикусить язык?!

– А вот почему! – и канцлер, отперев ключом нижний ящик стола, вдруг извлёк оттуда мятый листок бумаги и сунул его под нос Миниху, – Узнаёте?!

Тот, увидев свой почерк, побледнел, сумев вымолвить лишь одно слово:

– Откуда?…

– Нашли при обыске у Левицкого.

Было зашито в подкладке рукава, – и, сделав страшные глаза, навис над фельдмаршалом угрожающей тенью, – А знаете, сколько за эту бумажку Генеральный прокурор Верховного королевского суда готов заплатить?! Ведь виновного в убийстве Синклера до сих пор жаждут найти. А тут нате-ка, доказательство прямо на блюдечке с голубой каёмочкой!! Чистосердечное признание собственной рукой!!

Миних, подогнув колени, бухнулся на стул, обхватил руками голову и в сердцах выругался:

– Болван!

– Согласен!! – торжествующе подтвердил Остерман, – Болван тот командир, что отдаёт солдатам письменно приказы, которые потом могут стоить ему не только карьеры, но и жизни!

И, помахав злополучным листком, аккуратно свернул его, пряча назад и приговаривая:

– Это ещё спасибо скажите, что записочку сию господин Ушаков сперва мне показал, а не догадался напрямую государыне представить! Иначе тут бы такое закрутилось!! И не сидели бы Вы, любезный Христофор Антонович, передо мной на стульчике и не бряцали орденами.

А сидели бы в камере, да звенели кандалами!!

Фельдмаршал безмолвствовал.