Наследники и самозванцы. Книга пятая

– Не понимаю, почему все молчат??! – шёпотом недоумевала она, обводя удивлённым взглядом исподлобья министров и генералов, – Как можно, при живых родителях назначать регентом ребёнку чужого человека?! … Это же преступление!

– Тише!! – пресекла её бормотание Елизавета, – Если он тебя услышит, глупая, то преступницей будешь ты!!

Юлия сурово взглянула в глаза царевне. Но та укоризненно покачала головой и протянула ей веер:

– Забыла свои обязанности? Маши на Анну. Не видишь?! Она сейчас в обморок упадёт!

Независимо оттого, какие чувства владели иными придворными, все покорно присягнули новому императору на подданство и удручённые разошлись.

Французский посланник Шетарди был невероятно рад известию о регентстве Бирона. И незамедлительно бросился строчить письмо об этом радостном событии в Версаль.

А Шведский посланник Нолькен мысленно ударил себя по лбу: Чёрт!! Просчитался!

Однако, спустя пару часов, сидя дома, и раскинув мозгами, Нолькен успокоил себя: всё не так уж плохо. Ведь, если рассудить, то в оппозиции нынешнего русского императора (вместе с регентом) теперь две партии – Анна Леопольдовна и Елизавета.

И, если в угоду союзной им Франции, племянница покойной императрицы им отметается, то остаётся только один-единственный кандидат, достойный поддержки – это Елизавета. А значит, он, по-прежнему, на правильном пути!

И Нолькен подумал: раз уж Франция заявляет себя союзницей Швеции, то, почему бы им теперь совместно не заняться продвижением на русский престол Елизаветы? В любом деле вдвоём действовать сподручнее, чем одному.

Невская набережная

Вечером во время прогулки по набережной Нолькен поделился своими умозаключениями с Шетарди в надежде на то, что французский посланник поддержит его намерения:

– Подумайте. Если два короля двух союзных империй возьмутся протежировать дочь Петра Великого на Российский престол, то Елизавете трудно будет отказаться от столь заманчивого предложения. А в ходе удачно проведённой нами концессии каждый из королей получит желаемый результат.

Но Шетарди открыто пренебрёг его предложением:

– Сударь! Королю Людовику было важно не допустить к Российской короне Анну Леопольдовну, дабы пресечь возвеличивание ненавистной ему Австрии. А потому тот исход событий, что произошёл сейчас на русском троне, моего короля совершенным образом устраивает. И в протежировании оппозиционных партий нынешнего императора-младенца и его регента у Франции нет никакой необходимости.