Рецепт дворцового переворота. Книга шестая

И уже сегодня Анастасия решила, что отныне её сердце будет принадлежать ему.

На Петьку было жалко смотреть:

– Это правда?! – пролепетал он, погружаясь в уныние, – Она любит Александра Голицына?

– Пф!! Уверяю тебя, это ненадолго! – Настя прижала руки к груди, – Ведь только что началась война со Швецией. Могу побиться об заклад, что следующий, в кого она влюбится, будет тот, кто станет героем шведской войны.

Настя, выговорившись, внезапно стушевалась:

– Прости, Петя, – покаянно вздохнула она, – Всё-таки, я не должна была тебе всего этого говорить.

Мне очень стыдно!

Трубецкой по-приятельски взял её за руку:

– Не кори себя. Я же поклялся, что не проболтаюсь…

дом князя Н. Ю. Трубецкого

Петька вошёл в гостиную, застав там Анну Даниловну, вышивающую на пяльцах и отца, читающего газету. И, одёрнув мундир, заявил решительно с порога:

– Отец! Я хочу на войну!

– Что? – Никита Юрьевич оторвался от чтения, в недоумении уставившись на сына и предполагая, что ослышался.

– Прошу тебя, поговори с фельдмаршалом Ласси о том, чтоб он включил меня в свой корпус, отбывающий завтра в Выборг! – настойчиво велел сын.

Трубецкой-старший переглянулся с супругой и уточнил у Петра:

– Ты это серьёзно?

– Разумеется!

– Петруша! Какой же ты молодец!! – радостно воскликнула Анна Даниловна и улыбнулась супругу, – Никита Юрьевич, полюбуйся, какого достойного сына ты воспитал.

Ты можешь им гордиться!

Он пожал плечами и хмыкнул:

– Да. Но, право, я немного удивлён.

– Чему?! – бравировал Петька, – Разве я не для этого учился в Академии? Чем я ещё могу сейчас заняться, будучи в чине прапорщика, как не защищать Отечество, когда оно в опасности?!

– Что ж, будь по-твоему, – покорился тот, – Я сегодня же передам Ласси твою просьбу. Уверен, он не откажет.

– Спасибо, отец.

трактир «Остерия»

Возвращение Голицына из турецкой экспедиции друзья отмечали в полюбившемся им трактире «Остерия».

Митяй хвастался, что за участие в посольском походе, по рекомендации генерала Румянцева, будет вскоре пожалован из прапорщиков в поручики, а так же в красках описывал диковинные блюда с персидских застолий и прелести восточных красавиц. В подробностях поведал об убранстве шатра Гаджи-хана, где ему довелось побывать, и о красоте многочисленных наложниц хана.