Мастер осенних листьев

– Страшно. А если бы он был грандаль?

– Не знаю. Но букет о Серых Землях, набитый мастером Криспом, снился мне долго. Нам, впрочем, сейчас не до этого. Мы здесь ничем Краю помочь не можем. Так что убирай со стола и займись панно. Налей миску кипятка и положи туда чашку с воском. А я займусь мешками. Так выйдет быстрее.

– Да, мастер Мару.

Эльга натирала плитки панно до полного изнеможения. Меняла руки, пристанывала и злилась на себя, но не отступалась. Листья в саке, засунутом под лавку, подбадривали. Солнце просовывало в беседку длинные горячие пальцы, шевелило ими, хватало за плечи.

Снаружи шелестело и шуршало, и голова Униссы мелькала над мешками.

Маленькими шажками Эльга продвигалась по столу вправо. Чтобы совсем не думать об усталости, она принялась делиться с листьями узнанным.

– Местечки и кобельцы образуют наделы, наделы соединяются в вейлары, а вейлары уже составляют Край.

Вдох-выдох.

– Местечками управляют старосты или общие собрания, наделами и городами – энгавры, вейларами – титоры, а всем Краем – кранцвейлер Руе.

Эльга добралась до края стола и удивилась.

– Вы думаете, – сказала она листьям, – что это не имеет отношения к мастерам? Тогда вы не очень умные. И лучше не спрашивайте почему. Подумайте.

Она спрыгнула на пол, передвинула стол и зачерпнула тряпочкой воск из чашки.

– Ну, подумали? – Эльга вновь залезла по лавке на столешницу и присела на корточки. – А очень просто. Мастера первым делом идут к энгаврам и титорам, и, если для них есть работа, им ставят печать, принимая на себя все расходы мастера.

Конечно, мастер может ходить и по домам, самостоятельно, но тогда и платит за все сам. У меня вот есть печать…

Она повертела кистью с синеватым отпечатком Дивьего Камня.

– Это значит, что нас вместе с мастером пригласил здешний энгавр и мы делаем важное дело. Мы будем призывать дождь.

Листья притихли.

– Я, правда, еще не знаю, как это делается, но мастер Мару точно знает.

Тряпочка заскользила по плиткам. Дерево под ней светлело и наполнялось внутренним блеском.

Эльга, переступая, медленно двинулась к ограничивающим панно рейкам. Шажок вперед. Еще шажок.

Скоро уже даже непонятно было, есть у нее рука или нет, ниже локтя она перестала чувствоваться, культя культей, но исправно кружила, сжимая тряпку в пальцах.

Наверное, это и правильно.

– С севера Край упирается в горы, которые называются Храбрыми, потому что они высокие и снежные, и перейти их может только очень отважный человек.