Маркиза Лекавалье

Пробудившаяся от зимы природа Новой Шотландии увлекала ее не меньше сплетен соседских кумушек. Немыслимой красоты утесы и бухты, каменистые пляжи и зеленые заросли – ей все было одинаково интересно. Маркиза гуляла одна или брала с собой Арлет, но возвращалась с прогулок одинаково восторженной и очарованной окрестностями.

Оранжерея была еще одной ее страстью, и эта страсть отвечала ей взаимностью. Растения любили ее и старались предстать во всем своем великолепии перед ее взором.

– Я уезжаю.

Буду вечером, – произнес Анри, нарушая очарование места, в котором красивая женщина смотрела на такой же прекрасный цветок.

У Сандрин чуть не вырвалось «Опять!». Но она сдержалась.

– Все в порядке. Поезжайте спокойно. Я закончу дела в оранжерее, а потом начну собираться на бал.

– Да, о бале. К сожалению, я не знаю, сколько времени это займет.

– Когда мне ждать вашего возвращения? – Она смиренно опустила глаза, придерживаясь образа послушной жены.

– Думаю, на бал мы отправимся вместе.

Но если задержусь, поезжайте одна. Обещаю искупить свою вину. Да и компания без вас будет скучать.

– Мне кажется, или вы ревнуете к ним?

Нет, ей не казалось. Он действительно ревновал. Анри многое бы отдал, чтобы быть постоянно с ней, но дела требовали внимания. Его бывшая активизировалась. Она то просила привезти денег, несмотря на то, что он регулярно отправлял ей не только их, но и одежду и продукты, то придумывала мифические болезни у ребенка, то проблемы со своим магазинчиком косметики, которые никто, кроме Анри, решить был не в силах.

Она будто пыталась вернуть его, словно чувствовала, что совсем скоро не ее ребенок будет играть первую скрипку. Да, он совершил ошибку, связавшись с этой женщиной, но ребенок ни в чем не виноват, и он старался уделить ему как можно больше времени.

Анри принимал участие в воспитании сына, видел его через день, гулял и рассказывал всякие истории. Но с каждым разом все четче осознавал: что бы ни было до этой минуты, именно ребенок Сандрин, той, кого он так сильно любит, будет на первом месте.

Его первенцем, наследником.

И ему с каждым днем все тяжелее и тяжелее было оставлять жену.

Словно почувствовав его мысли, маркиза легко поднялась со скамеечки, подошла к нему и, приподнявшись на цыпочки, поцеловала в губы:

– Куда бы вы ни отправились, с кем бы ни повстречались, возвращайтесь. Я всегда буду вас ждать.