Исповедь коралловой женщины

Этот человек знал Витю, когда мы приехали в Москву в 1927 году (он даже его далёкий родственник), а для меня всё, что связано с Витей, дорого и близко. 1,5 месяца он ухаживал, нам было приятно вместе, и вот он остался у меня. Через неделю разошлись, поняла , что это не то. А через неделю я понимаю, что влипла. Я пошла к нему и думала, что поженимся, а потом разведёмся хотя бы через полгода. Ребёнок как мой, так и его… А он думает, во всём виновата я. А он ничего не должен делать, я одна должна решить иметь ли ребёнка.

Может я не права? Он всё время говорит, что все ведут себя как он, что он не исключение. Как по-вашему? Конечно, я хотела сделать аборт, но мне не удалось. Смогу ли я иметь ребёнка от этого человека? А вдруг у него будет характер его отца? Ваше мнение для меня авторитетно. Мне трудно живётся с мамой. Я работаю на службе и дома. Как хорошая ломовая лошадь. Мама себя чувствует неважно. Для ребёнка надо будет взять няню. Хватит ли у меня сил всё это вынести на своих плечах? Почему вас спрашиваю? Нашла возможность сделать преждевременные роды Предупредили, что на 50% я рискую отправиться на тот свет. Я не одна. А как с мамой? На алименты мне рассчитывать не приходится – он ушёл с работы».

Петроград, 15 мая 1922 года. «Милая моя девочка. Тебя, семилетнюю дикую девочку, способную, иногда милую и ласковую, а иногда непокорную и своенравную я помню. Мне приятно думать, что в большой славной девушке есть что-то хорошее, мною заложенное. Пожалей свою мамочку». Это был ответ на детскую жалобу.

Когда в Ленинграде Ида Ефимовна теряет место в гимназии, когда погибает её единственный сын, то на вопрос: «Почему так долго не пишете?», – мама ей отвечает. Но узнаёт от соседей, что, пробыв в больнице всего 1 неделю, 17 августа 1947 года мама Ида скончалась. Так моя мама лишилась второй матери. А бабушка после смерти отчима, в 1930 году, конечно, приехала к маме в Москву. Никогда не работавшая, больная, на плечи к маме. В Москве бабушка жила как барыня. Мама с Витей сняли квартиру на улице Станкевича так, чтобы у бабушки была отдельная комната. Они с Витей звали её «мухой». Так как относилась бабушка к Вите, мог позавидовать любой зять (мама говорила: «Когда ты выйдешь замуж, я буду относиться к твоему мужу, как бабушка относилась к моему». Но когда мама осталась одна, родила меня без мужа, бабушка возилась со мной, обшивала как принцессу – «девочка в кружавчиках». И в эвакуацию поехала со мной, т.к.мама работала на военном заводе, и её не отпустили.