Исповедь коралловой женщины

И тогда я увидела и «Дьяковскую церковь», и «Бухту Соболью», и «Остров Ольхон», и «Последний снег», и «После дождя», и «Старую мельницу», и «Украинские мазанки», и «Гору Железную», и «Владимирский источник», и «Солнечный Железноводск», и «Камни Байкала», и «Подмосковную реку Ворю», и «На Яхроме», и «Саввино-Сторожевский монастырь», и миниатюры «Четыре времени года», и «Стог сена в розовом закате», и «Две сирени», и «Букет пионов в вазе» (производства ЛФЗ, подаренной ему Товариществом), и многочисленные байкальские этюды.

Вода белая, синяя, фиолетовая, зелёная спокойная, штормовая. И так, более 200 картин и этюдов, подписанные и не подписанные. Добиться выставки его работ я, девочка, не смогла, хотя писала даже Н.Хрущёву.

Хоронили дядю Володю на Донском кладбище, в ячейке, но сначала его кремировали. И вот я, девочка, поддерживала маму и вынуждена была посмотреть в окошечко, где пылала печь. Впечатление на всю жизнь. Поэтому на похороны стараюсь не ходить, кроме похорон мамы и Ириного мужа, Димы.

Читаю про похороны Маяковского у Алисы Ганеевой «Л.Ю.Б.»: «Крематорий во дворе Донского кладбища недавно (в 1930 году) открыли в церкви. Этот крематорий был символом новой пролетарской культуры, Кафедрой Безбожия. В подвале, где располагались печи, можно было было в специальное отверстие наблюдать за сгорающим трупом. От жара и движения тёплого воздуха тело Маяковского стало приподниматься. Мама (Маяковского) в ужасе запричитала: «Он живой, он живой!» (из воспоминаний сестры Маяковского, Людмилы)».

Как вы думаете, что кричала я?

ПИСЬМО Н.ХРУЩЁВУ

Уважаемый Никита Сергеевич! Здравствуйте. Очень прошу простить меня за то, что в такие горячие дни для нашей Родины и для всего Мира я обращаюсь к Вам с личной и на первый взгляд неважной просьбой. 20 августа этого (1960 г.) года ушёл из жизни мой отчим Этингер Владимир Гаврилович, боец, защитник Сталинграда, имеющий 5 наград, член партии с 1942 года, художник, член МОСХа. Итог жизни был очень неожидан для членов семьи (меня и мамы) и для товарищей.

Как установило следствие, причиной самоубийства было психическое расстройство нервной системы на почве алкоголизма. Пить он начал давно, и, когда это принимало серьёзные формы, мама обращалась в партком, чтобы на него как-то подействовали. Вместо того, чтобы действовать вместе с мамой, они создавали мнение о маме: жалуется, значит плохая. С ним либеральничали, жалели и упустили тот момент, когда ещё можно было что-то сделать.