Исповедь коралловой женщины

Знакомиться с его родителями Ольга ездила одна. Единственный раз отдыхала (в Судаке) – одна.

1927 г., Ольга в Армавире у Витиной мамы

1927 г., Крым, Судак

Они ни разу так и не смогли отдохнуть вместе, только строили планы, но планы всякий раз разрушались из-за срочных командировок на льняные хозяйства-кооперативы, на заводы по переработке льна или из-за конференций по льноводству. Письма летели из Ярославля, Вологды, Вятки, Свердловска, Сарапула, Бельгии, Германии, Ирландии, Англии.

Виктор – Ольге, 11.10.1927, г.Сарапул: «Приехал вечером. И вид города с Камы прямо великолепный (при том же Луна). Гостиница – какая-то трущоба с еврейскими хозяйствами и изрядным количеством тараканов. За время поездки привык к разному зверью: двуногому, четырёхногому и более ногому. Мой первый поход в Москве будет в баню. Знаешь, ты мне сейчас кажешься каким-то неземным существом как магометанские райские кущи. Целую и милого медвежонка».

До сих пор в серванте, в бокале, сидит маленький рыжий мохеровый набитый опилками 10-ти сантиметровый медвежонок.

Это первый подарок Виктора маме. Сейчас этому медвежонку 99 лет.

Наступил 1930 год. Импортные машины на мелких заводиках механизированно отжимали масло льняное, конопляное. А очёс, теребление, мочка – весь этот производственный процесс выполнялся вручную.

С организацией в 1929 году колхозов и совхозов, с ликвидацией коопераций государство поставило задачу объединить льнозаводы и создать советские машины.

Для этого таких специалистов, как Виктор, да ещё и со знанием немецкого и английского языков, отправляли в Европу на всемирные выставки для ознакомления с тем, как поставлено производство льна на Западе.

1930 ГОД

Виктор – Ольге, 02.08.1930 г., Берлин: «Моя дорогая, любимая девочка! Вот уже 2 дня в Берлине. Помню, оказывается, все места, все улицы и даже маршруты трамваев и автобусов. Что тебе сказать про Берлин? Он очень вырос и стал каким-то полным, светлым, чистым.

Поражает порядок, освещение и масса авто… Но в Германии – кризис. Он чувствуется на каждом шагу. Магазины буквально ломятся от товаров, но в них… Нет почти никого, кроме продавцов. Безработица умопомрачительная. Конечно, если ходить с закрытыми глазами и без критики, то внешняя показная сторона прекрасная. Много заслуживающего не только внимания, но и подражания. Ребята экипируются и уже без пяти минут «европейцы».