Бронте

У детей обувь снашивается, одежда рвётся, а отец в своей угрюмости всего этого не замечает. Или делает вид, что не замечает? Прихожане с сочувствием смотрят, как маленькая группка хорошеньких деток, один другого меньше, держась за руки попарно, гуляет по вересковой пустоши. Платья и башмаки у них прохудились. Медленно они бредут среди зарослей кустарника, изредка нагибаясь и собирая цветы. Тихи их движения, грустны их лица, ветер трепет одежонку и волосы, выбившиеся из-под миниатюрных шляпок. Трогательная картина одиноких сироток отражается слезами в глазах сентиментальных соседей.

Но предложить помощь суровому пастору, который почтёт её за оскорбляющую достоинство джентльмена милостыню, невозможно – это навлечёт его гнев.

С некоторых пор у Патрика Бронте появилась мысль жениться. Нет, конечно же, он не забыл своей любимой Марии, и её память свято чтит. Но дети! «Детям нужна мать, о них должна заботиться женщина. Она лучше понимает, что им нужно. Да и мне будет не так одиноко», – так всё чаще думал Патрик.

* * *

Прошло два года, и за это время он получал отказ дважды. Ни одна из его избранниц не решилась взвалить на себя заботу о шестерых малышках. А он ещё больше замыкался в себе, хотя его дом был всегда открыт для прихожан. Смотря на его вечно суровое лицо и слушая его строгие проповеди, теперь уже невозможно поверить, что несколько лет назад он весело распевал псалмы в кругу своей семьи и сочинял стихи. Два томика его произведений пылятся на книжной полке в полном забвении.

К маленьким Бронте приехала их тётя, Элизабет Брануэлл, сестра покойной. Она решила позаботиться о детях и доме, который здорово запустил пастор, старательно предаваясь своим религиозным бдениям. Незамужняя и бездетная тётя исповедовала методизм и решила взяться за обучение маленьких племянниц и исподволь попытаться распространить его и на них. Она учила их читать, писать и считать. А с Брануэллом, единственным сыном занимался сам отец. Но Патрик понимал, что детям ни он, ни Элизабет не смогут дать того образования, которое потребуется в дальнейшей жизни и удовлетворит их пытливые умы.

Отец мечтал отдать детей в хорошую престижную школу, но не мог этого воплотить. Зато не скупился на книги, которые выписывал из Лондона и поощрял чтение.

Элизабет Брануэлл всем своим негодующим видом показывала своё отношение к мрачному супругу своей покойной сестры за то, что он довёл детей до нищенского состояния.