Проблема Спинозы

Ты возразил: мол, вам сказали, что рабби сделает Франку только хуже. Помнишь?

– Да, верно, – подтвердил Якоб.

– Тогда какой нам обоим смысл и дальше вдаваться в такую дискуссию? Наоборот, есть только один истинный вопрос, – Бенто повернулся к Франку, – скажи мне, сумел ли я тебе помочь? Помогло ли тебе что-нибудь из сказанного мною?

– Все, что ты говоришь, несет мне утешение, – ответил Франку. – Ты помогаешь мне сохранить здравый рассудок. Я уж совсем было отчаялся, и твое ясное мышление, то, как ты не принимаешь ничего на веру, основываясь на авторитете, – это… я ничего подобного прежде не слышал! Я вижу, что Якоб в гневе, и прошу за него прощения, но что до меня самого… да, ты помог мне.

– В таком случае, – сказал Якоб, внезапно поднимаясь на ноги, – мы добились того, ради чего пришли, и наши дела здесь завершены!

Франку, похоже, оторопел и остался сидеть, но Якоб ухватил его за плечо, заставил встать и повел к двери.

– Спасибо тебе, Бенто, – проговорил Франку, стоя на пороге.

 – Пожалуйста, скажи мне, можно ли будет еще с тобой встретиться?

– Я всегда рад разумной дискуссии. Просто приходите в мою лавку. Но, – и последняя фраза Бенто была предназначена Якобу, – такой дискуссии, которая исключает здравый смысл, я не приветствую.

* * *

Как только дом Бенто скрылся из виду, Якоб широко ухмыльнулся, обнял Франку и крепко сжал его плечо:

– Теперь у нас есть все, что нам нужно! Мы отлично поработали.

Ты прекрасно сыграл свою роль, на мой вкус – даже слишком хорошо, – но я не собираюсь это обсуждать, потому что мы еще не завершили то, что нам надо сделать. Смотри-ка, что мы добыли. Евреи – не богоизбранный народ; они ничем не отличаются от других народов. Бог не испытывает к нам никаких чувств. Пророки лишь воображали свои пророчества. Святые писания – не святые, они целиком и полностью суть творения человеческих рук и представлений. Слово Божие и воля Божия – вещи несуществующие. Книга Бытия и остальная Тора – это басни или метафоры. Раввины, даже величайшие из них, не обладают особым знанием, а действуют лишь в собственных интересах…

Франку помотал головой:

– У нас пока есть не все, что нам нужно. Я хочу еще раз с ним встретиться.

– Погоди, но я только что перечислил все его прегрешения: его слова – это чистая ересь! Это то самое, что требовал от нас дядя Дуарте, и мы исполнили его волю.