Как это было?! Воспоминания. История одной жизни

Обратившись к одному из сидевших за столом, он сказал:

– «Отведи хлопцев на квартиру, да смотри, подбери почище».

Опять слякоть, грязь, темень. Мы у очередного дома, стучим, выяснение отношений. Дверь открыла молодая женщина и предложила войти. Посыльный ушел, а мы остались стоять у дверей среди лужи от стекавшей с нас воды.

Женщина, я не запомнил ее имени, предложила снять одежду, повесила ее у печки, согрела чай. Мы перекусили (у нас был с собой сухой паек) и улеглись спать. Утром, приведя себя в порядок, я и Толя Рошаль отправились в штаб.

Обстановка была такова: Из командования был только один комиссар в звании «капитан» и около 15 солдат призванных в армию по мобилизации. Вскоре должны были прибыть командиры дивизиона, батарей, взводов, комиссары, личный состав из гражданки и из моряков черноморского флота, «списанных» с кораблей для формирования Морских бригад. Предполагалось, что бригада будет на механической тяге. Пока же нам дали взятых в колхозе, более 10 лошадей (на случай если не будет машин).

Личного оружия и минометов не было. Старшина батареи должен был обмундировать мобилизованных, разместить, водить в столовую, организовать питание, чистку и выводку лошадей.

Этим старшиной был я. В батарее было всего несколько рядовых, призванных с гражданки. С ними я решал все задачи. Особенно помог мне рядовой Шумилин. Мужчина лет тридцати, видя мою неопытность, старался помочь. А иногда и сделать за меня то, что я не знал, как сделать.

Самое страшное было накормить людей и лошадей.

Столовая была батальонная, и к моменту обеда на столах стояли бочки с едой. Бачки (кастрюли) с первым и вторым блюдами дежурный с дневальным по батарее получал в раздаточной (у поваров) и ставил их на столы.

Солдаты садились за стол по десять человек (по пять с каждой стороны стола) и бачковой (это один из десяти человек) разливал из бачка по тарелкам. Бачковые периодически менялись.

Я и Толя Рошаль никогда не могли в этой столовой поесть. Нам просто не доставалось еды.

Выручала наша «киса». Мы меняли у хозяйки, где жили свои вещи на еду.

К моменту отправки на фронт от полной морской кисы почти ничего не осталось. Её заменил армейский вещмешок с полученным армейским обмундированием.

Это были: шинель, шапка, хлопчатобумажная гимнастерка со стоячим воротником, брюки галифе, нижнее белье льняное и фланелевое, носки, портянки, кирзовые сапоги. Из флотского остались суконная и фланелевая рубахи, черные суконные брюки, тельняшки.