Жизнь и страх в «Крестах» и льдах (и кое-что ещё)

При разборе этого несчастного случая выяснилось, что Валера во время сна касался головой головки ледоруба, который был воткнут снаружи палатки в качестве растяжки. В добавок к этому, у него под головой лежали отриконенные ботинки в качестве подушки. Поэтому удар молнии пришёлся ему прямо в мозг. Сам Боб получил обугленный шрам длиной 12 см в левом боку и ещё несколько на правом локте. В общем, молния эта никого не оставила «без внимания». Кстати, у руководителя во рту были металлические зубы, вот он и получил по зубам.

Группе ещё сильно повезло и даже дважды:

1) Совершенно случайно рядом с ними стояла палатка москвичей, тоже пережидавших эту непогоду. Москвичам повезло больше: у них только трое обожжённых, а трое других, которые в момент «атаки» сидели на поролоновом матрасе, остались невредимы.

2) Удар молнии пришёлся в утреннее время, когда впереди был целый светлый день для спасательных работ; случись это вечером или ночью – результат мог быть куда более печальным.

А так, связка непострадавших москвичей была немедленно послана вниз за спасательным отрядом. И повезло ещё раз, потому что им не пришлось бежать до лагеря, до которого было ходу часов 6–7. Вместо этого они на спуске встретили группу спасателей, которая состояла из одних мастеров и направлялась к другой группе на совсем другом маршруте и, от которой не было известий, но были лишь предположения, что у них свои проблемы, связанные всё с той же непогодой.

Вот эти-то спасатели изменили свой первоначальный план и довольно быстро добежали до наших пострадавших и спустили их по верёвочным перилам в лагерь в тот же день. А на следующий день все участники нашего сбора, кто в это время находился в лагере, в том числе и автор этих строк, были посланы наверх, к месту происшествия, где оставалось тело Рябинина, т. е. мы представляли собой уже транспортировочный отряд.

Для меня это были первые, но далеко не последние спасательные или транспортировочные работы в горах. Должен вам сказать, что транспортировка трупа в акье (это такая алюминиевая люлька, состоящая из двух скреплённых половинок, предназначенная для транспортировки либо пострадавшего, либо трупа) с помощью шести носильщиков – это почти адова работа, много тяжелее, чем лазить по стене даже и с большим рюкзаком за спиной.