Жестокий век

Но забудем об этом. Выздоравливай. Пей больше кумыса. Кумыс – напиток добрый.

Тайчу-Кури снова потянулся к чашке, выпил ее до дна. В открытую дверь юрты видна была степь. Под жарким солнцем увядала трава, нагретый воздух морщила мелкая рябь, неумолчно скрипели кузнечики. Он задремал. Сквозь дрему услышал в юрте шаги.

– Ты, мама?

– Нет! Это я.

У постели стояла Каймиш. В ее лице было удивление, испуг.

– Что они с тобой сделали?

– Толстый, да? Когда меня бьют, я всегда толстею. Ты была на празднике?

– Да, мы ходили все трое – дедушка, пес и я.

– И ты видела, как меня били?

– Нет, этого я не видела. Мы ушли домой сразу после состязаний.

– Зря. Надо было посмотреть. Знаешь, как это весело. Когда меня бьют, мне всегда весело.

– Ты всегда такой болтливый?

– Нет, только с тобой.

– Тебе очень больно? – Она осторожно притронулась к огромному синяку над правым глазом.

Он задержал ее руку, приложил ладонь к горячему лбу.

– Сейчас – совсем не больно.

К дверям юрты подошел пес.

– Ты зачем его привела? Штаны мои рвать?

– Да. Он уже давно не рвал. Соскучился.

– А ты?

– А я давно не чинила. Тоже соскучилась.

– Так давай чини. Штаны у меня всегда рваные.

– Нет, я чиню только дома. Сюда пришла по делу. Меня послал дедушка. Он хочет, чтобы ты научился делать стрелы. Ты ему пришелся по сердцу. Он говорит: ты хороший человек. А только хороший человек может перенять его умение.

– А тебе я пришелся по сердцу?

– Ты красивый. Особенно сейчас. – Она засмеялась.

До чего же ей идет щербинка в верхнем ряду зубов! И почему она когда-то показалась некрасивой? Такой девушки нет во всем курене!

Он попросил ее налить в чашки кумыса и был счастлив, что есть чем угостить такую нежданную и такую желанную гостью. Девушка выпила кумыс, и это обрадовало его еще больше.

– Так что я скажу дедушке? – спросила она.

– Я же тогда сказал: хочу научиться.

– Нет, не так. Дедушка хочет попросить тебя в помощники.

– Не отпустят. Злые они на меня.

– Скажи, Тайчу-Кури, ты хотел, чтобы Тэмуджин убежал отсюда?

– Хотел, Каймиш.

– И знал, что тебя за это изобьют?

– К этому я привык. У меня от побоев кожа стала толстой, как у быка. Не веришь? Вот попробуй ущипни ладонь.

– Хитрый какой! Пословица есть: середину ладони и самые острые зубы не укусят.