Горцы. III том. По тропам абрека

Невестку пришлось переименовать, так как Цакой звали родственницу Куты, а по чеченским обычаям снохи не могут называть по именам родственников мужа. Так Заза очень быстро привыкла и к новому имени и к новой семье, частью которой ей суждено было стать. Впоследствии семья Зазы вынуждена будет перебраться в Довта-Мартан. Брат Ульби во время ссоры, произошедшей в Алдах, убил двоих братьев беноевцев и сам скончался от полученных ран. В знак примирения семья Ульби покинула Алды, как и требовали адаты народа…

Родственники знали, что Кута дома, поэтому его двоюродные братья Эска и Джама с группой молодых горцев из числа родни и друзей охраняли покой абрека, готовые в момент опасности даже ценой собственных жизней встать на его защиту.

Поэтому ведь в большей степени Кута не хотел надолго задерживаться дома, чтобы не подвергать опасности жизни родственников и земляков.

Это был самый незабываемый вечер для семьи абрека. Когда Заза, перевязав рану Куты, вышла из его комнаты, Цаца подошла к его двери:

– Кута, можно к тебе войти? – мать стояла у входа комнаты, опираясь одной рукой о косяк двери.

– Конечно, можно! – Кута быстро вышел, обнял ее за плечи и завел в комнату. Цаца оглянулась назад на внуков, и кивком головы позвала их за собой. Комната абрека была не большая. Одно окно смотрело во двор, а второе окно, напротив, было пробито в конюшню, откуда в комнату мог заглядывать его конь. Под окном в конюшню стояла прочно сбитая длинные деревянные нары, на которой лежали овечьи шкуры и несколько подушек.

Рядом стоял низкий стол на четырех ножках. Напротив входной двери возле стены стоял опоясанный железными листами, сундук и несколько стульев.

– Нана, поднимись на нары и садись, чтобы тебе было удобно, – Кута помог матери расположиться, а сам сел чуть пониже у ее ног. Дети стояли возле двери, переминаясь с ноги на ногу.

– Хамид, заходите, – окликнула внуков бабушка. Хамид вошел в комнату, остановился у двери и посмотрел на отца.

– Проходите, садитесь, – отец показал рукой, куда пройти детям.

Хамид прошел к стулу возле сундука, Бакали взяла низкий стульчик и пристроилась у ног своего отца в стороне выхода из комнаты. Младшего внука – Ремида, бабушка подозвала к себе, и он устроился рядом с ней. Тихо вошла в комнату Заза и села на маленький стульчик возле выхода с комнаты. Лицо Цацы горело от удовольствия, от осознания семейного счастья и покоя. Какими долгожданными и выстраданными были в ее жизни эти такие обычные для других семей моменты.