Обитель туманов

 – Какой транспорт вы нам можете предоставить, чтобы добраться до Заборовки?

– Армейский вертолёт. Вас доставят на моём автомобиле в воинскую часть на вертолётную площадку. Вы поели бы перед дорогой в нашей столовой. У нас вкусно кормят.

– Спасибо, но мы позавтракаем в пути. В магазине купим в дорогу колбасу, сыр, хлеб и минералку, – решил Артемьев.

Алексей сглотнул слюну и, тяжело вздохнув, вспомнил, как в их московской столовой на раздаче источают ароматы рассольник и солянка, и на тарелках, среди гречневой каши и нашинкованной сочной красной капусты, лежат аппетитные румяные котлеты.

Однако Павел Петрович был непреклонен. Не обращая внимания на лёгкую грусть об упущенной возможности вкусно поесть, которую изобразил на лице Алексей, Артемьев решительно встал и, попрощавшись с Филипповым, направился к двери. Его подчинённые последовали за ним.

– Постойте! – остановил их хозяин кабинета. – Вы хоть одежду у нас на складе возьмите. Нам новую форму завезли.

А то изорвёте свою одежду. Подойдите к прапорщику на первом этаже – он отведёт вас на склад.

– Спасибо, – поблагодарил Артемьев.

Однако на первом этаже прапорщика они не застали.

– Обойдёмся без новой формы. Заедем в магазин за продуктами, потом – в гостиницу. Оставим там свои вещи и – в путь! – решил Артемьев.

Военный вертолёт направлялся в сторону горной гряды. Алексей сидел рядом с кабиной пилота и с интересом смотрел в иллюминатор. Внизу расстилался зелёный ковёр тайги.

Озёра отливали серебром и казались зеркалами, в которых отражалось бездонное тёмно-синее небо.

В салоне вертолёта, кроме группы сотрудников полиции, сидел Остапов. Незадолго до взлёта одетого в зелёную куртку бывшего священника подвезли к лётному полю на старой «Волге». Ему удалось уговорить пилота винтокрылой машины пустить его в салон. При этом пилот сначала не поддавался на уговоры Остапова. Тогда Иван Павлович стал совать пилоту деньги, однако лётчик с гневом отверг попытку подкупа.

Алексей поразился настойчивости Ивана Павловича, который, видимо, собирался не только увидеть странный туман, но и сразиться с этим исчадием ада силой молитв. Исчерпав почти все свои возможности, Иван Павлович начал сыпать фразами, в которых звучали предупреждения о небесной каре, которая может пасть на голову лётчика, если тот не возьмёт его в полёт. И тут свершилось чудо – пилот разрешил Остапову забраться в салон.