Правый пеленг

До Пензы (родители ее жили там) недалеко, и вы к экзаменам успеете обернуться.

Она еще решительнее замотала головой.

– Почему?

– Мачеха больше меня не отпустит, – сквозь слезы выдавила она.

– У вас мачеха?.. А отец… родной?

Она кивнула.

– Но он… он послушает ее.

– Почему они не отпустят?

Она пожала плечами.

– Мачеха боится, что подумают, будто она меня выжила из дома. Настаивает, чтобы я училась в Пензе.

– А как она к вам относится?

Зина подумала.

– В общем-то, неплохо.

Но мы не любим друг друга.

– За что?

– Я ее – за маму. Она липла к папе, когда мама была еще жива.

– А ты откуда это знаешь? – Он и сам не заметил, как вырвалось у него «ты», но поправляться не стал – так проще и доверительнее.

– Папа сам маме рассказывал.

– И после этого он женился на ней?

Зина печально кивнула.

– Он такой бесхарактерный…

– Почему ты думаешь, что и она тебя не любит?

– Я ж видела…

– И потому уехала?

Снова кивок.

– Да, печальное положение… Ну вот что, я оставлю тебе денег – и поступай как знаешь.

Мне завтра на службу. – Он полез за деньгами. Она протестующе замахала руками.

– Нет-нет, я не возьму. Все равно без документов…

– Вот видишь, выход остается один – ехать ко мне. А я пока поживу у товарища.

Она все еще колебалась. Потом робко спросила:

– А у вас там… только мужчины?

– Не только. Есть и женщины, жены командиров. Да ты не беспокойся, никто тебя не обидит.

Последняя фраза, кажется, убедила ее, она пошла за ним.

До вечера они гуляли по Москве: ходили в кино, в парк, ужинали в ресторане. Настороженность и недоверчивость Зины развеялись, и порог общежития она переступила без прежнего страха. А на следующее утро, когда он пришел к ней, не заметил на лице и следов переживаний. Зина показалась ему еще более симпатичной.

Он положил на стол деньги.

– У меня к тебе небольшая просьба: сходить в магазин. Я весь день буду на занятиях, вернусь вечером голодный. Так что приготовь ужин по своему вкусу.

Посмотрю, какая ты хозяйка, – весело подбодрил он ее. – И себя, разумеется, голодом не мори…

Через три дня Зина уехала сдавать экзамены. Не вернулась она, как обещала, ни в первое воскресенье, ни во второе, ни в третье. И он из-за занятости по службе не мог вырваться в столицу. Раньше, возвращаясь в свою комнатенку, он преспокойно заваливался спать, а теперь, несмотря на усталость, подолгу лежал с открытыми глазами.