Спецоперация «Дочь». Светлана Сталина

Отец подписывался во всех письмах ко мне одинаково: «Секретаришка Сетанки-хозяйки бедняк И. Сталин». Надо объяснить, что это была игра, выдуманная отцом. Он именовал меня «хозяйкой», а себя самого и всех своих товарищей, бывавших у нас дома почти ежедневно, – моими «секретарями» или «секретаришками». Не знаю, развлекала ли эта игра остальных, но отец развлекался ею вплоть до самой войны».

Потом была война, первое увлечение Светланы (о нём пойдёт речь ниже), замужества, рождение детей.

Обычное течение жизни было прервано 5 марта 1953 года убийством её отца. Эта дата стала границей, которая поделила её судьбу, как и судьбы миллионов людей, на две несопоставимые по обилию и содержанию событий части.

Историю жизни Светланы многие авторы излагали негативно, что должно было соответствовать образу «кровавого тирана», созданному в нашей стране и за рубежом за многие годы её отцу И.В. Сталину: «Яблочко от яблоньки недалеко падает».

Все, без исключения, публикации, книги и телепередачи о Светлане Иосифовне Сталиной, которые были изданы или вышли на экран после её отъезда в 1966 году на Запад, а также после короткого пребывания в СССР в 1985–1986 годах, носили весьма однобокий характер и представляли её не как самостоятельную неординарную личность, а только как дочь великого отца. Она изображалась то взбалмошной кремлёвской принцессой, то женщиной лёгкого поведения, то жестокой матерью, бросившей своих детей ради роскошной жизни на Западе и миллионов, которые якобы оставил ей отец в швейцарских банках.

В этой книге речь пойдёт о Светлане – женщине, матери и человеке, о самостоятельной и независимой личности, о писателе и мыслителе. Одно дело – описание баталий, переломных ситуаций или народных движений, и совсем другое – жизнь Светланы, оказавшейся в эпицентре холодной (психологической и информационной) войны двух миров – СССР и Запада.

В любой версии её жизни были события, которые, оставаясь за кадром, плодили домыслы. Многие слышали о написанных ею книгах, браках, переездах, но – ничего о мотивах её поступков, ничего о душевных муках, имевших вполне естественные причины. Теперь об этом расскажет она сама в чудом сохранившихся письмах, написанных ею в 1952—1954-м и в 1985–1986 годах. О том, как они попали к автору книги, читатель узнает позже.