Салам, бача!

Но перед глазами Мужика не было, а только два окровавленных трупа душманов, с открытыми ртами, словно просящими его помощи.

Но Дашкову было не до этого, побежал к дороге, перескочил ее, запнулся и, проехав коленями вперед, увидел, что его могло остановить, круг мины, вылезший из песка. Кинулся к ней, чтобы выкинуть ее с дороги, но крик Мужика пригвоздил его месту:

– Дурак! Назад!

Шлепок по скуле был достаточно сильным, прикусил язык.

– За мной!

И больше ни о чем не думая, Дашков полез между плотно растущими деревьями за Мужиком.

Нога скользнула по стволу, это были сгустки крови. Но искать, чья она, не было времени, Андриенко хоть и был рядом, но перебирался через заросли очень тихо, и нужно было не отставать. И невольно Геннадий обратил внимание, что неосознанно шепчет про себя одну и ту же фразу: «Не отставать! Не отставать! Не отставать!».

Раскуроченная от свежего взрыва поросль и попытки переступать через раскиданные стволы тонких деревьев и ветки, отметил, что Мужик кинулся резко вправо и, опустившись на колено, притаился.

Так же сделал и Геннадий и стал прислушиваться. Но ничего, кроме гула уходящей техники, ему расслышать не удалось. Поднятая рука Мужика говорила о том, чтобы он не двигался.

Александр ткнул рукой влево от себя, Геннадий закрыл рот и услышал стон невдалеке от себя.

Мужик показал ему рукой двинуться туда и посмотреть, кто ранен.

Это был афганец, повисший на срубленном от пуль стволе дерева. Два темно-красных широких пятна на спине, в области сердца, говорили о том, что человеку уже не помочь.

Но, сдавив зубы и затаив дыхание, Дашков приблизился к нему и, ухватив за длинные волосы на затылке, развернул его лицо к себе. Это был афганец, не шурави.

– Не наш, – еле двигая сухим языком, громко сказал Геннадий.

– За мной! – скомандовал Мужик.

И снова бег, вернее, быстрое перелезание через плотную поросль ивняка с маслиной, обостренный слух и боязнь потерять старшего товарища.

Наткнувшись на спину Мужика, чуть не кувырнулся через него, но, вовремя схватившись за дерево левой рукой, лег на его спину.

Александр в ответ ничего не сказал, замер как истукан, прислушиваясь.

В нескольких метрах от них просматривалась сломанная, раздавленная гусеницами поросль зеленки. Где-то рядом, по шуму воды, была и река.

Отряхнувшись от упершегося на его спину Дашкова, Мужик двинулся вправо. Дашков старался не отставать, к счастью, тот не торопился, шел медленно, прислушиваясь.