Сергей

– Сергей Александрович, – крикнула Галина, видя, что тот, расплатившись с фотографом, что-то дает и мальчику с гармонью.

– Уже бегу! – выкрикнул он в ответ. – Вот и я.

– Хватит всем деньги совать, самим не хватает, – пожурила брата Екатерина.

– Да я не деньги, я конфет ему дал. Да-да, конфеток дал, – нашёл отговорку Сергей, но ему всё равно не поверили.

Все близкие знали, какой Сергей Александрович щедрый. Сколько бы у него не было денег, они всегда уходили тот час же. Он помогал не только проходимцам и нуждающимся, но и буквально всем литераторам, у которых были проблемы в жизни.

Помогал от чистого сердца, через других, не ожидая благодарности. Помогал, а сам, на следующий день шёл занимать рубль у других знакомых.

– Чем так транжирить, лучше шубу бы мне подарил, – произнесла Катя.

– Так, цыц, дитя моё! Будь благодарна за то, что имеешь, – примерил на себя новый образ Сергей Александрович.

Друзья рассмеялись. Идут, смеются и вдруг видят перед собой нищенку – маленькую девочку, укутавшуюся в рваные тряпки.

Она стояла и завороженно смотрела на витрину красивых платьев.

– Ну-ка, давай, иди отсюда! – закричала продавщица на нищенку торговка, – и куда только смотрит милиция.

Девчушка испугано отошла чуть в сторону и, облокотившись о стену, исподлобья посмотрела на злую тетку. Грязная, чумазая, то и дело ловит на себе насекомых – жуть! Прохожие качали головой, отводя взгляды. А сама девочка, сжавшись в комочек, стреляла глазками в поисках чего бы стащить…

– Да, тяжелые времена настали… Всюду эти несчастные ребятишки, оборванные, голодные.

Что поделаешь! Самим есть нечего! – говорили меж собой люди у магазина.

Есенину претили и показная жалость к несчастным детям, и брезгливое отношение к ним. Слыша подобные разговоры, он возмутился:

– Стыдно так рассуждать! Поймите, они же дети! Им бы в бабки играть, змея с колокольчиком запускать, а они кусок хлеба ищут, крышу над головой! Нечего удивляться их враждебности – они слова хорошего не слышат, все их гонят: дворники, господа обыватели… А ты подойди, не побрезгуй, поговори.

Глядишь, и огонек загорится в быстрых глазенках, – говорил Сергей Александрович. – Пойдём с нами. Ты наверняка голодна? Мы о тебе позаботимся, пошли.

Он взял девочку за руку и повел по улице. Она испугано тащилась за ним следом, однако, не делая попыток сбежать. Спутницы поэта смиренно молчали.

– Какая ты красивая. И косы у тебя русые, и скулы мордвинские, и глазки заичьи, голубые.