Ольховый овраг

Это тебе не задолженцев отлавливать, – предупредил Завариарий.

Над лесом снова разнёсся пронзительный крик.

– Ещё одна истошница! Только она в стороне пролетела, – определил Завариарий. – Но хватит прислушиваться к истошницам. Пора вести пленников в город.

– Пошли! – приказал Георгиарий.

Пленников повели по лесу.

Только к вечеру они добрались до небольшого окружённого деревянной стеной городка, который стоял на пригорке посреди широкого поля. Изловенцы и пленники зашли в город через ворота, которые охраняли четыре хыка, вооружённые ружьями.

За городскими стенами располагались невысокие деревянные и камненные дома с односкатными крышами. По улицам ходили хыки и кыхи – взрослые, подростки и дети. Женщины были одеты в платья и сарафаны, а мужчины – в куртки и штаны. У кыхов и кыхянок была серая, а у хыков и хыкянок – яркая разноцветная одежда. Некоторые горожане несли в авоськах круглые хлебцы, бутылки с коричневой жидкостью и небольшие свёртки и кульки. И волосатые кыхи, и безволосые хыки с удивлением и некоторой брезгливостью смотрели на Алексея, который им казался уродливым. Алексей задержал взгляд на широкой доске с надписью: «Жральня», которая была прибита над входом в одноэтажный деревянный дом. Прочитав эту надпись, Алексей улыбнулся.

– Ты чему улыбаешься? – удивился Айгорап.

– Надписи у вас тут весёлые, – ответил Алексей.

– Зря веселишься. Если считаешь, что только меня могут скормить гарглам в зверинце, то ошибаешься! Лучше бы ты не улыбался, а думал, как нам от изловенцев удрать.

– Что это за город? – поинтересовался Алексей.

– Щеглон. Завтра нас переправят в столицу. Там состоится быстрый суд, и нам вынесут суровый приговор.

– Я не могу поверить, что это не сон, – проговорил Алексей.

– Поверишь, когда увидишь зверинец в Мазгарде! – пообещал Айгорап.

– Не думай о плохом. Надеюсь, что нас с тобой в худшем случае, направят на фронт, а не скормят гарглам.

Ведь задолженцев нынче не хватает, – напомнил Алексей.

Кых задумался и тяжело вздохнул.

– Хватит грустить, Айгорап!

– Я сейчас свою невесту вспомнил. Не дождалась красавица Натарапа моего возвращения. Да и как же иначе… Задолженцем стал – про семью забудь! Теперь ты – никто. Ты даже не кых. Из ружья тебя – пых!

– Что это ты стал декламировать какую-то чушь? – удивился Алексей.

– Я вспомнил слова из войсковой песни.