Свой – чужой

Им, оглоедам, делать-то больше не хуй… все огороды в округе поперетопчут и… А дракон, он внутри, он учует собрата! И не надо его бояться! Надо сначала иметь смелость признать дракона внутри, потом разглядеть его как следует, а потом приручить – и дело будет! Я профессионально ищу драконов, и поэтому мой мне необходим! А если высчитывать, кто с какой фабрики сколько ситца спер, – тут не дракон нужен, а УПК[33 - Уголовно-процессуальный кодекс.] с усердием.

Понимаешь?

Ильюхин сумрачно кивнул, не желая спорить. Он вдруг с удивлением осознал, что ему жалко Крылова. Виталий Петрович понял, что Крылов за время службы превратился в свою же собственную противоположность. «Мы все раненые, – думал Ильюхин. – Мы раненые на той бойне, которая уничтожила империю, и нас придавило обломками, всех по-разному… Крылов же, ко всему, еще и переболел той особой лагерной лихорадкой, которая никогда по-настоящему не вылечивается… Она всегда будет возвращаться… Но зато он хотя бы живой, а не мертвый…»

Выйдя из отеля, стали прощаться.

Ильюхин побрел к своей машине, и в этот момент Петр Андреевич крикнул ему вдогонку:

– Начальник – если что, меня только расстреливай!

– Ты что, сдурел?! – ошарашенно остановился Виталий Петрович.

Крылов засмеялся:

– Это я к тому, что вешают только падаль, а солдат расстреливают!

Ильюхин кивнул, усмехнувшись:

– Не сомневайся, Петр, я тебя, как солдата, – уважу.

Ну а если я попадусь, ты уж, в свою очередь, – не пытай!

Крылов махнул рукой:

– Господь с тобой, Виталий! Спокойно умрешь.

Виталий Петрович хмыкнул и пошел дальше. Он уже не слышал, как Рахимов, который в принципе не мог знать, о чем беседовали полковники, тихо сказал, глядя в сторону:

– Они нас никогда не поймут. Они – никакие.

Петр Андреевич мотнул головой:

– Они не никакие, они – другие.

Они думают, что мы – злые, а мы – добрее их, потому что считаем, что они никакие или другие, а вот они нас считают за чужих. Просто они не видели того, от чего им стало бы физически плохо. Помнишь, воры смеялись, что на крытке[34 - Крытка – тюрьма.] один жулик с «женой» на Новый год «мороженое с сиропом» придумал?

– Ага, – ухмыльнулся Рахимов.