Тульский – Токарев

 – Ну, тогда ты сам и…

– Алла! – рявкнул, сорвавшись, Василий Павлович. – Орать ты будешь на нового мужа!

Он бросил трубку на рычаги и закурил, отворачиваясь к окну.

– Мама? – спросил Артем, чтобы чем-то заполнить неловкую паузу. Отец кивнул, избегая смотреть сыну в глаза:

– Извини.

– Да ты что, папа, – пожал плечами Артем. – Я же все понимаю… Она… Мама просто из-за моей учебы переживает сильно, боится, что я «серым валенком» буду…

– Как я? – хмыкнул Токарев старший, по-прежнему глядя в окно.

– Нет, пап… – окончательно смутился сын, – просто мама…

– Да ладно, – вздохнул Василий Павлович. – Все понятно, сын… У всех своя правда…

Он посопел, пошмыгал носом, размышляя напряженно о том, как разруливать возникшую проблему с завучем. Открыв ящик стола, быстро вытащил оттуда старый теннисный мячик и без предупреждения швырнул в сына. Артем ловко нагнулся, и мячик ударил в стену напротив, на которой висел плакат, изображавший бравого милицейского старшину. Мячик попал прямо в середину плакатного лозунга: «Твоя культура – твой Авторитет».

Видно было, что в плакат уже неоднократно попадали предметами разной формы и веса.

– Птица! – заорал Токарев-старший. – Птица, твою мать!

Из кабинета за стенкой выскочил оперативник Птицын, отворил без стука дверь к Токареву и просунул внутрь лохматую голову.

– Че орешь, как потерпевший? Здорово, Темыч!

Василий Павлович выскочил из-за стола и вышел с Птицыным в коридор. Вкратце объяснив оперу ситуацию, Токарев поставил задачу:

– Короче! Нужно допросить учительницу и завуча – обязательно – как косвенных свидетелей.

Возьми поручение от следователя и дуй в школу.

– Говно вопрос, – кивнул Птицын и пошел по коридору.

– Пурги нагони! – крикнул ему вслед Василий Павлович и, повеселев, вернулся в свой кабинет. Некоторое время он молча смотрел на сына, а потом сказал – жестко и безо всяких сентиментальных ноток:

– Ты – молодец. Ты все сделал, как надо. В школе мы все проблемы утрясем.

Но! Самое главное – чтобы ты не стал героем. Понимаешь? В школе начнутся охи-крики, но ты должен помнить и понимать главное: то, что ты сделал – не подвиг. Ты просто все сделал нормально. И не более того.

– Пап, да я и не…

– Все, закрыли тему, – махнул рукой отец. – Пойдем лучше «крестника» твоего посмотрим…

…Тельняшку мурыжили через три двери от Токаревского кабинета. Когда отец с сыном вошли, там стало достаточно тесно.