Евангелие от Фомы

Сперва Иешуа насторожился было, но это длилось недолго: он сразу определил Савла. Это был один из тех ограниченных и сухих законников, которых Иешуа особенно не любил.

Все смотрели на бойкого молодого человека с полным уважением: хорошо, учено говорит – ничего не поймешь… Но в то же время стало определенно скучно, и среди собрания уже образовались отдельные группы, которые горячим шепотом спорили между собой, уточняя, утончая мысль молодого бойкого рабби так, что мысль точно испарялась, не оставляя после себя ничего… Хазан не раз останавливал этот нарастающий шум, но ему подчинялись только на короткое время, а затем снова начинался галдеж.

И было уже жарко, и хотелось есть, и внимание все более и более рассеивалось. Леви презрительно и зло смотрел единственным глазом своим на иерусалимского краснобая и вздохнул с подчеркнутым облегчением, когда Савл кончил свою речь и мафтир – читающий из пророков – встал и стал читать заключительную часть богослужения, несколько стихов из пророка, перевел их старательно на арамейское наречие, и начальник синагоги, крупный, носастый и рыжий, прочел последнюю молитву.

Синагога разом зашумела, как река, прорвавшая наконец плотину. Все высыпали на залитую солнцем улицу, но только очень немногие сразу же направились к дому. Большинство, пристроившись в тени деревьев или стен синагоги, а то и прямо на солнце, клавшем резкие, черные тени по сухой земле, сразу схватились и закипели спорами.

– Да ты дурень, ты сумасшедший! – исступленно кричал на кого-то одноглазый Леви, брызгая слюной.

 – Ты ха-олам-аса[5 - Этот мир.] с ха-олам-аба[6 - Мир грядущий.] еще путем не разбираешь! А берешься, пустая голова, рассуждать о таких вещах!

– Ты сам нашему ослу двоюродный брат! – с яростью полез на него сзади какой-то старик с изъеденными зубами и жалкой козлиной бороденкой. – Что ты знаешь, то я давным-давно забыл!

Молодой Савл презрительно улыбался всем своим самоуверенным лицом. Он был решительно недоволен, что Гамалиил послал его в это собрание неучей, с которыми спорить – все равно что воду ситом носить… Иешуа с Элеазаром – Марфа, беспокоясь о сестре, ушла домой – скучливо отвернулись и подошли к другой кучке, в середине которой маленький, худенький, с огромными сердитыми глазами и выкатившимся кадыком старик, напрягая из всех сил свой слабый голос, кричал:

– Закон!.

. Один царь нанял нескольких работников. Среди работников был один, который очень быстро справился со своей работой.