Гастроль в мертвый сезон

Словно в подтверждение моих мыслей вскоре стрельба и крики на первом этаже прекратились, а из-за заваленной мебелью входной двери послышались приглушенные удары. Однако, уверенный в крепости возведенной нами преграды, я продолжал неотрывно наблюдать за поведением часовых. И как следствие проявленной выдержки, стал шанс, которым судьба милостиво вознаградила мое упорство.

Видимо пулеметчику на террасе надоело держать свой тяжелый агрегат на весу, и он решил поставить его на пол. Чтобы отщелкнуть закрепленные вдоль ствола сошки он был вынужден склониться над своим оружием.

В этот момент охранника напротив, видимо, кто-то окликнул из глубины корпуса, в результате чего он повернулся к нам спиной.

Выскользнув из комнаты на балкон, в одно касание я преодолел перила, спрыгнув точно на часового, охранявшего вход в наш корпус. Потому-то меня и не волновало, заметит он меня или нет, ведь времени среагировать у него попросту не оставалось. Единственное, он успел повернуться ко мне лицом, но помочь это ему уже никак не могло.

В удар ножом я вложил не только инерцию своего тела, обрушенного на противника, но и всю ярость, которую был вынужден сдерживать последние минуты. Нанося удар по горлу, держа нож ”обратным хватом”, мне удалось перебить не только трахею, но и обе сонные артерии противника. Теперь его голова удерживалась только шейным отделом позвоночника, завернувшись под неестественным углом, когда мы вместе рухнули на землю.

Но нанося подобный удар впервые, я не мог предусмотреть одной детали.

Кровь, хлынувшая из перебитых артерий, широким мазком плеснула мне точно по глазам. На какое-то время я буквально ослеп. Конечно, благодаря природным рефлексам я вовремя успел закрыть глаза, но теперь открыть их не позволяла вязкая кровавая пленка. Но, даже с усилием разлепив веки, ситуация изменилась не намного. Благо на помощь пришел спустившийся следом Доктор, осмотрительно оттащивший убитого мной боевика с прохода, за ближайшие заросли живой изгороди.

Практически не видя ничего вокруг, я последовал за ним, перепачканными кровью руками пытаясь очистить глаза.

Но быстро осознав бесперспективность подобного занятия, сдернул с головы трупа черную повязку, и попытался стереть кровь с лица уже ей. Теперь результат оказался в прямом смысле более наглядным, потому как довольно быстро мне удалось восстановить зрение.

Меж тем Доктор времени зря не терял. Освободив труп от автомата, он деловито извлекал из его карманов снаряженные магазины.