Гастроль в мертвый сезон

К тому же противник не знал, с какими силами ему предстоит столкнуться, а потому за двинувшимися к входу с обеих сторон дороги бронемашинами, последовало не более полусотни боевиков. На что рассчитывал противник, оставалось только догадываться. Возможно, они собирались захватить только главный корпус, обеспечив себе плацдарм на территории отеля до темноты, откуда смогут действовать с ее наступлением. В любом случае, главная атака началась именно на этом направлении, и быстро просчитав выгоду нашей позиции, связавшись с отелем, я предупредил их о наших намереньях.

Подпускать бронемашины близко к входу, где впоследствии они могут быть использованы как укрытие, я не собирался. Из отеля по приближающимся броневикам открыли нестройную стрельбу. Вследствие чего двигавшаяся позади пехота скучковалась за броневиками еще плотнее. А сами броневики открыли по демаскировавшим себя огневым точкам стрельбу из крупнокалиберных пулеметов. В эффективности подобного огня следовало еще разобраться, но определенный психологический эффект такой ход имел.

Громыхнув несколькими полновесными очередями с двух сторон, грохот выстрелов заполонил все пространство улицы, буквально ударив по ушам.

Все внимание оказалось приковано к происходящему на поле боя, потому наше появление позади одной из групп наступавших, если кем и было замечено, то воспринялось, возможно, как подход подкрепления. Основные этапы предстоящего турне по тылам врага мы уже разметили по контрольным точкам, где Доктор будет останавливаться, чтобы дать возможность Колуну вести прицельный огонь.

При одном взгляде на монстра, являвшегося главным украшением нашей “тачанки”, не возникало и тени сомнения, что его снаряды способны пробить защиту бронемашин, тем более с самой уязвимой ее стороны.

Располагавшийся ближе к нам мутант из навешанных дополнительных броневых пластин, явно прослеживал свою американскую родословную. На что указывали квадратные, словно топором рубленые формы, и открытое сзади место стрелка.

Потому Колун не стал на него отвлекаться, и его почти сразу снял кто-то из бойцов, сидевших в кузове.

Стоило машине остановиться точно позади броневика, имея между собой всю массу следовавших за ним боевиков, Колун открыл огонь, а следом и все сидящие в кузове. Но даже на фоне общего грохота четырех стволов, грозное гавканье крупнокалиберного пулемета, уверенно перекрывало общую какофонию, оставляя и наглядное доказательство своей эффективности.