Федерация. Артефакт

Разобравшись с управлением, я засунул взятую с собой одежду в предназначенную для нее нишу, вывел на экран стандартный ролик с земными пейзажами, а затем подключился к бортовой сети и начал изучать доступные для прогулок зоны. В научном блоке мое появление вызвало бы вполне логичное недовольство штатного персонала станции, грузовой терминал требовал наличия защитного костюма, так что из приемлемых вариантов оставались только места общего пользования – столовая, уже знакомый мне конференц-зал, а также находившаяся рядом с ним кают-компания.

В итоге именно туда я и отправился.

Небольшое помещение было оформлено в стиле средневекового классицизма. Приглушенные светло-коричневые тона создавали уютную атмосферу, кожаные кресла и маленькие диванчики обещали невообразимый комфорт для пришедших отдохнуть гостей, а потрескивавший в углу камин, развешанные по стенам картины и лежавшие на журнальных столиках книги вызывали странное, но весьма приятное ощущение – как будто мне удалось перенестись на семьсот лет назад, прикоснувшись к реальной истории древней Земли.

Впрочем, это ощущение серьезно портили двое посетителей, выглядевших как совершенно обычные граждане Федерации. Один из них являлся ученым – биок любезно выдал мне информацию о том, что устроившийся рядом с камином профессор Штольмер занимается мониторингом радиационных поясов планеты и находится на дежурстве уже третий месяц. Вторым оказался мой коллега, лейтенант Джек Финн.

– Привет, – кивнул я, забирая из репликатора чашку кофе. – Новостей не прилетало?

– Не-а, – лениво мотнул головой офицер. – В шахматы будешь?

– Давай.

Возникшая над занятым нами столиком голограмма шахматной доски окончательно убила всю иллюзию старины, заставив ученого неприязненно поджать губы. Впрочем, от комментариев он все-таки воздержался.

– Дебют рандомом или по классике?

– Давай с нуля. Куда спешить-то.

– Ну, как скажешь…

Отказанный ферзевый гамбит плавно перетек в защиту Ласкера, сразу после этого моя теоретические знания оборвались и начались долгие размышления, сопровождающиеся осторожными выжидательными ходами.

К сожалению, лейтенант явно был гораздо более сильным шахматистом – позиция черных фигур незаметно ухудшалась, потом я на ровном месте зевнул пешку и сдался.

– Хорошая партия, – великодушно улыбнулся оппонент, возвращая начальную расстановку. – Еще?

– Давай.