Перекресток. Охотник

[Коллекционная карта [Птеродактиль]. Ранг: обычный.

Часть коллекций [Воздух], [Древний мир].

Прогресс:[5/100], [1/100].]

Карта оказалась достаточно стандартной – таких у меня набралось уже штук десять. А вот устроившееся рядом с ней колечко порадовало гораздо больше.

[Перстень лучника. Ранг: реликтовый. Уровень: [001].

Шанс нанести критический урон оружием дальнего боя: [+1 %].]

Я был чрезвычайно далек от луков и стрельбы в целом, но оценить находку все же смог – здравый смысл нашептывал, что подобные вещи в обязательном порядке требовалось иметь при себе каждому заточенному на выдачу максимального урона стрелку.

То есть, всем стрелкам без исключения.

Вдобавок, реликтовый ранг перстня буквально кричал о его уникальности и огромной стоимости.

– Хорошо, хорошо… Флинт, глянь, мы ничего не пропустили?

Сидевший у меня на рукаве питомец оживился, спрыгнул вниз, а затем начал шустро бегать вокруг, заглядывая под камни и стараясь расшевелить корни свисавших с обрыва лиан.

– Пиастрры!

– Молодец, давай сюда… давай сюда, я сказал!

Кроме перстня и карты, нам достались только два невзрачных золотых самородка. Впрочем, я рассчитывал на то, что главные ценности лежат в гнезде босса – иначе все сложилось бы чересчур несправедливо. Даже по меркам утративших остатки совести разработчиков.

– Идем, хвостатый.

Следующей находкой оказался скелет, мирно лежавший в облюбованной царицей крыланов яме.

Из-под белых ребер выглядывала рукоятка какого-то оружия, на уровне пояса виднелся маленький кожаный мешочек, но доспехов, одежды или бижутерии у погибшего не было.

Зато совсем рядом с костяком обнаружилось небольшое кожистое яйцо, радовавшее глаз симпатичными перламутровыми отблесками.

Тот самый пет, на которого я рассчитывал. Главный трофей.

[Яйцо жемчужного птеродактиля. Питомец. Ранг: легендарный.

Требования: навык [Питомец].]

– Ну вот, наконец-то…

Увидев у меня в руках яйцо, Флинт заметно напрягся, перебрался обратно на рукав и спросил:

– Прродадим? Пиастрры.

– Чарт его знает… вдруг он полезный.

– Прродадим, – в голос попугая вплелись плаксивые нотки. – Прродадим! Прродадим!

– Хватит орать.

– Пиастрры! Птеррадактилль – крраб!

– Хватит орать, я сказал.

Добившись тишины и спрятав трофей в рюкзак, я нагнулся к скелету.

Вызвавшая мой интерес рукоятка являлась частью тонкого серебристого меча. А в кожаном мешочке обнаружился плотный светло-коричневый свиток.