Одинокий демон: Черт-те где. Студентус вульгариус. Златовласка зеленоглазая (сборник)

Тут и там виднелись пятна масла, издали похожие на муке на темные пятна крови. Стол, с освежеванным и обезглавленным кабаном, из которого торчали осколки белых костей, казался пыточным приспособлением с привязанным к нему замученным телом. Вокруг на четвереньках копошились пьяные гости. Все они были перепачканы жиром, маслом, мукой и облеплены сором, который они насобирали на себя, валяясь по полу. Их обсыпанные мукой белые лица с черными провалами глаз и блестящими зубами хохочущих ртов придавали им вид зомби.

Если учесть еще два неустойчиво горящих масляных светильника, которыми все это освещалось, то картина получалась совсем адская.

«Зомбиленд…» – пришло мне в голову слово после осмотра кухни.

Вдруг меня привлекло еще какое-то движение в дверях кухни. Фелия!

Безрассудно выбившись вперед стражи, Фелия стояла у самого порога и, пугливо вытянув шею, открыв рот и округлив глаза, осторожно заглядывала внутрь.

Какие у нее зубки! Такие ровные, блестящие и влажные! Почему я их раньше не замечал?

Взгляд Фелии, тем временем проделав путь по кухне, остановился на мне, и через пару секунд недоумение в ее глазах сменилось узнаванием.

Испуганная лань! – внезапно пришло мне в голову сравнение. Не, ну какие у нее глазки! Просто прелесть! Надо срочно ей об этом сказать!

Я отклеился от стены, с помощью которой противостоял нападкам периодически вертикально поднимающегося пола, и устремился к невесте.

Как выяснилось мгновением позже, я тоже зря это сделал… Ноги мои разъехались самым предательским образом, и я, сделав пару немыслимых пируэтов, тоже грохнулся на четыре точки.

Однако мой стартовый толчок от стены оказался достаточно силен, для того чтобы я поехал по жировой дорожке в направлении Фелии.

– Поберегись! – крикнул я, проезжая мимо ползущего на четвереньках в направлении выхода, сердито сопящего Гессена. Князь от неожиданности дернулся и шлепнулся на живот, не совладав с разъехавшимися конечностями.

– Ах, Фелия! – воскликнул я, доехав до порога и хватаясь снизу за ее юбку.

– Ой, мама! Не подходи! – взвизгнула та, отскакивая назад и пытаясь выдернуть подол из моих рук.

– Ну что значит не подходи? – обиделся я. – Мне так много нужно тебе сказать!

Я потянул ее юбку вниз, на себя, пытаясь встать.

– Отпусти-и-и! – завизжала Фелия и, ухватившись чуть выше моих рук, принялась дергать юбку влево-вправо, стараясь отцепить меня от нее.