Темные боги. Отблеск величия

Соответственно, излишние рефлексии по этому поводу являлись всего лишь отголосками моего более цивилизованного прошлого и от них следовало избавляться. Тем паче, что никто из местных жителей о таких вещах не беспокоился. В принципе.

– Печать есть?

– Вот, – я поднял рукав и продемонстрировал загородившему дорогу охраннику запястье. – Все в порядке.

– Хорошо. Тебе вон к той телеге.

– Спасибо.

Вокруг царила хорошо знакомая мне по прежней поездке суета – рядом ходили озабоченные люди, негодующе ржали запряженные в повозки лошади и позвякивали оружием нанятые для охраны воины, неподалеку слышалась чья-то бойкая ругань, злые купцы перебегали с места на место, проверяя товары и выдавая ценные директивы таким же злым возницам, а редкие пассажиры с откровенным любопытством следили за всей этой вакханалией, но старались ни во что не вмешиваться.

– Ворец! Ворец, мать твою!

– Чего?

– Ты видишь эти веревки? Видишь?

– Я…

– Затянул! Быстро! А ты чего вылупился?

– А что, нельзя?

Дородный мужик в богатом темно-синем костюме смерил меня откровенно неприязненным взглядом, выразительно сплюнул, но решил не создавать проблему на пустом месте и отошел к следующей телеге, откуда буквально сразу же донеслась новая порция матерных указаний.

Устав наблюдать за суматошными приготовлениями, я растянулся на выделенном мне клочке пространства, подложил под голову рюкзак, накрылся плащом и затих, рассматривая ползущие по утреннему небу тучи.

Вопреки ожиданиям, никаких соседей ко мне не подсадили, но сейчас это было даже к лучшему – знакомиться или разговаривать с совершенно незнакомыми людьми меня абсолютно не тянуло. В памяти крутились образы Минели, Найтара, Лен Жа и других однокурсников, внутренний голос навязчиво шептал о том, что совсем скоро мы можем увидеться вновь…

– Отправляемся!

Телега дернулась, откуда-то снизу послышался тревожный скрип, однако затем все снова пришло в норму – хотя отсутствие матраса делало путешествие не самым комфортным, за последнюю неделю я научился ценить даже минимальные удобства и не собирался жаловаться по пустякам.

Как-никак, мне больше не нужно было куда-то бежать, с кем-то сражаться или же искать себе пропитание, а такой набор привилегий значил очень много.