Где-то во Франции

К тому времени Лилли стало ясно, что домашняя прислуга не получала инструкций следить за каждым ее шагом, а это означало, что она может гулять и ездить по землям поместья без компаньонки. Если кто-нибудь и заметит, что она почти каждый день проводит в обществе отставного шофера ее отца, то не сочтет это за нечто из ряда вон выходящее. Она ведь в детстве всегда ходила по пятам за Джоном Принглом, так какой вред может произойти от этого теперь?

Джон Прингл, которого по причинам, неизвестным Лилли, всегда называли по имени и фамилии, жил с престарелыми родителями в коттедже на земле поместья – коттедж этот семья получила в дар за многолетнюю службу отцу и деду Лилли.

Джон Прингл был человеком тихим и болезненно застенчивым, он страдал ревматизмом, который и стал причиной его преждевременного отказа от службы на полную ставку.

Начала она с того, что стала приходить к нему, в его крохотный садик, помогать с уборкой зимнего урожая овощей и подготовкой клумб к весне. А как-то в конце января выдался день, когда погода стояла прохладная и влажная, и работать в саду было слишком уж противно.

– Ну, сегодня вам лучше возвращаться назад в большой дом, – сказал Джон Прингл, когда она постучала в дверь коттеджа. – Работать сегодня в саду не имеет смысла.

– И что же вы будете делать, если не работать в саду?

– Да вот думаю сходить в гараж и проверить автомобили, – ответил Джон Прингл. – Погода стоит влажная, если я не присмотрю за ними сейчас, то потом придется попотеть, чтобы поставить их на колеса.

– А можно мне с вами? – спросила она, чувствуя, как забилось ее сердце. Если он не позволит…

– Как вам угодно. Я всего лишь собираюсь завести ненадолго двигатели, убедиться, что они работают.

Так все и началось. Она не отходила от Джона Прингла, пока он осматривал машины, смотрела, что он делает, внимательно его слушала. И когда неделю спустя спросила, может ли она попробовать себя за рулем, он возражать не стал.

Он провел ее к пристройке конюшни, где пережидали зиму автомобили поместья, оглядел ряд авто, обошел каждое, бормоча что-то себе под нос.

Потом, сделав выбор, с широкой улыбкой на лице обратился к ней.

– Мы начнем со старого купе лорда Эшфорда. «Воксхолл-принц-Генри» – настоящий красавец. Водить его не составляет труда, хотя с движком другая история. Садитесь. Я его выведу, а потом вы попробуете.

Джон Прингл был лучшим из учителей, терпеливым, мягким и абсолютно невозмутимым.