Эпоха мёртвых. Начало

Иванов бросил дубинку на асфальт и выхватил из кобуры новый ПММ, которыми их перевооружили совсем недавно. Мухин навел на лежащего на асфальте противника ствол автомата.

– Уб-б-бил? – спросил его Иванов, заикаясь от страха.

– Не знаю, наверное… – дрожащим голосом ответил Мухин. – Так дал, что руки заболели. Смотри, ни хрена, шевелится!

Действительно, противник зашевелился и начал вставать на ноги.

– Итить твою, он что, Терминатор? – пробормотал Мухин.

– Не знаю… у психов бывает такое, говорят.

Эй, ты, лежать! – заорал старшина.

Окровавленный бледный человек не обратил на крик никакого внимания, а встал и решительно направился к милиционерам. Нервы у тех сдали окончательно, и в грудь их противника ударили пули из автомата и пистолета. Человек в черной форме покачнулся и, даже не моргнув, пошел дальше.

– Опаный по голове, да что же это? – крикнул Мухин, попятившись.

– На, зараза! – заорал, заглушая свой страх, Иванов и один за другим выпустил все десять оставшихся в пистолетном магазине патронов в голову противника.

Тот упал и больше не шевелился.

– Во как… Вот так и лежи, – сказал Мухин. – Я наших вызываю.

– Перевязаться помоги мне, прокусил он мне рукав, сволочь такая, – сказал старшина, глядя на кровавое пятно на своей руке. – Хрен его знает, когда он зубы чистил. И кровищи там у него… еще СПИДом наградит.

«Террористы»

20 марта, вторник, раннее утро

Маргарита уже пять минут стояла возле двери в комнату Семена и стучала в нее.

За ней стояли, столпившись в коридоре, Давид Самуилович, их папа, доктор Лозовский, приятель папы, которого вызвали на дом, там же стояла мама, Белла Семеновна. Дверь была заперта изнутри, за ней были слышны какие-то звуки, но никто не открывал.

– Сеня! Сеня, открой нам, пожалуйста! – крикнула Белла Семеновна.

Никакой видимой реакции на ее слова не произошло. Дверь по-прежнему была закрыта, за ней слышалась возня.

– Нет, ну сколько так может продолжаться! – заявил Давид Самуилович, среднего роста массивный широкозадый мужике поразительно нахрапистым характером, благодаря которому он и сделал свою телевизионную карьеру.

 – Семен, открой немедленно или я вышибу дверь! Доктор приехал!

– Может, не стоит так сурово? – тихо спросил Лозовский.

– С этим лоботрясом еще не так надо! Мало я его от тюрьмы в свое время отмазывал? А что он сейчас натворил? Он даже не говорит! Семен, открой, я сказал.