Рейтар

Музыкантов слушали, и слушали с удовольствием – в медной миске, стоящей на полу у их ног, было набросано немало монет. В зале где подпевали, а где и просто посвистывали. Кто-то отбивал ритм кружкой по столешнице.

За длинными столами свободных мест почти не было, и я пошел к длинному прилавку, за которым стоял, разглядывая меня, кабатчик – среднего роста худощавый мужик с любезной, но не слишком искренней улыбкой.

– Мир дому вашему, – поздоровался я, опершись на прилавок.

– Тебе мир, добрый человек, – откликнулся хозяин, глядя на меня слегка оценивающе.

 – Налить тебе чего?

– Налей мне молодого вина, – сказал я и выложил на прилавок со стуком серебряк. – И может, подскажешь, есть тут кто по найму в ландскнехты?

– В казарму не пробовал ходить? – спросил он меня, взглянув колюче.

– Слышал, что не только в рюгельский полк нанять сейчас могут. А самые дела в других краях ожидаются.

– К Вергену рвешься, вольный? – усмехнулся он, а затем окинул зал быстрым взглядом.

Достав из-под прилавка стеклянную кружечку, он нацедил в нее красного, как рубин, вина из бочонка, подвинув ко мне.

Затем сказал:

– За вино не плати, это за серебряк твой тебе. А совет… Видишь такого худого, с русой бородой, еще шрам через всю морду?

Посмотрев, куда указывала рука, я кивнул. Верно, у самого окна сидел, попивая вино, рослый худой мужик с двумя патронташами через плечи и длинным красным шрамом, пересекавшим худое и жесткое смуглое лицо.

– Вижу такого.

– Это Бейвер Хрипатый, помощник вербовщика.

Самого Пейро, который за главного у них, не вижу сейчас. Поговори с ним, он человек дельный, репутации хорошей. На меня сошлись.

– Благодарствую, – поклонился я и направился через весь зал.

Когда я подошел к Бейверу, как отрекомендовал его кабатчик, зингарка как раз закончила песню, и весь зал заорал, засвистел, захлопал.

– Мир тебе, добрый человек, – поздоровался я.

Бейвер поднял на меня светлые глаза, очень странно смотревшиеся на таком смуглом лице, кивнул спокойно, ответил вежливо:

– И тебе мир.

С чем пожаловал?

Голос у него был необычно хриплый, и я заметил еще один шрам от ножа, уже на горле.

– Кабатчик направил, – сказал я как велено. – У тебя работы спросить. Найма ищу.

Он молча показал рукой на место рядом с собой и уже затем сказал:

– У меня спросить можно, да ответить мне нельзя. Нет у меня власти новых людей брать. Ты из вольных?

– Верно, из вольных.

– Плохое я слышал о вас. Верно оно?

Помолчав, я кивнул.