Земля лишних. Коммерсант

Не чаще раза в месяц, по договоренности, так у нас в контракте. Да и не тот она человек, чтобы вот так делать.

Вывод? Кто-то из тех, кто там быть не должен. Может быть, вор, а может, и тот, кто машины поджег.

Эти мысли я додумал, уже стоя под лестницей, у двери черного хода «Соларис Оптикс». Подожду пока. Ступеньки здесь не сплошные, если кто сверху пойдет, меня не увидит, а вот я его между этих самых ступенек увижу замечательно.

Минут двадцать простоял, размышляя на тему, звать полицию или дождаться самому, когда выйдут.

Но если на меня засада, то будут сидеть там и сидеть. И самому лучше не лезть, потому что пулю схватишь с гарантией, это только в кино вот так бывает, что ворвался и всех положил, а реальности черта с два. Но для засады шумновато как-то, такое ощущение, что кто-то в квартире шарит, то ли воры, то ли еще кто ненужный. И вот с ними, или с ним, хотелось бы немного побеседовать самостоятельно. Просто здоровое любопытство проявить. И если грабят, то еще и взять с выносом вещей, чтобы не отмазались.

Когда уже почти решил звать полицию, замок у меня над головой щелкнул, а затем послышались шаги на деревянном балкончике, с которого лестница вниз ведет. Кто-то что-то кому-то шепнул, то есть не один… вроде бы двое, по шагам если судить.

Первая пара ног в кроссовках спускается по лестнице, следом вторая, третьей не вижу. Просто протянул руку между ступеньками и сгреб ногу за щиколотку. Раздался мат, а затем идущим вторым человек оступился и свалился вперед, на первого, сбив того с ног.

А тот в свою очередь тоже подтвердил свою национальность речевыми оборотами.

Закончить речь я им не дал, просто выйдя из-под лестницы и дав им возможность увидеть наставленный пистолет.

– Чо, мужик, упал? – спросил я даже с сочувствием. – О, а тебя я помню! – обратился я к шедшему первым и теперь сидящему на земле. – Встречались уже. А сумки у вас с чем?

Свои оружейные чехлы я уже узнал, но всегда лучше уточнить, верно?

– Слышь, ты…

– Тс-с, – покачал я головой.

 – Не говори ничего такого, о чем потом можешь пожалеть. И давай, оба рылами в землю, руки на голову.

Второй молодой совсем, лет двадцать, по виду гопота гопотой. Михалыч таких у себя держит, что ли, или просто вид обманчивый?

– Рылами в землю! – повысил я голос. – Кто не понял? Мне вас в расход вывести как два пальца об асфальт, и слова никто не скажет. Ну! – Я прицелился в лицо первому.

Тот матюкнулся и все же лег как сказали.