Вне закона

Сразу стало легче, даже подумал исхитриться с костерком, но все же не решился, не на чем его жечь. Закутался в шинель и плед, еще один сложенный плед положил под задницу, чтобы теплее и мягче было. И так задремал, неглубоко, с дурацкими суматошными снами, часто просыпаясь.

На следующий день дождь затих, хотя низкая облачность никуда не делась. Изменившийся ветер постоянно сносил на меня черный дым из трубы «Пола Баньяна», и я подумал, что когда до места дойдем, меня совсем закоптит. К Ред-Року буксир с плотами подошел примерно к полудню следующего дня.

Пейзаж менялся на глазах – густой девственный лес превращался в кудрявые рощи и все чаще уступал место полям. Берега становились пологими, а заодно стало видно, что здесь живут: в полях видны были кучки тесно сбившихся деревянных строений – явно фермы, а время от времени то телега покажется, то фургон, самый настоящий, как у первых американских переселенцев, то верховой. Не то чтобы густо населено место, но и совсем безлюдьем не назовешь.

Я уже совсем одурел от полного безделья и тупо глядел по сторонам, когда из-за поворота реки показался городок на пологом склоне.

– Сэм Пекинпа[2 - Сэм Пекинпа – знаменитый кинорежиссер, специализировавшийся в жанре «вестерн».], где же ты? – спросил я неизвестно кого, глядя на медленно приближающееся скопление домов.

Меня забросило в вестерн. Прямо в самое кино. Потому что городок Ред-Рок, названный так, видимо, потому, что прямо на берегу реки лежал огромный красноватый валун, больше всего походил на старые фотографии городков Аляски и канадского Юкона времен «золотой лихорадки».

Шоу «Дикий Запад» в чистом виде, не хватает только туристов и актеров в роли ковбоев, палящих друг в друга из револьверов холостыми патронами.

То, что «Полу Баньяну» именно сюда, стало понятно еще с воды – склон реки был завален бревнами, которые здесь, похоже, вытаскивали и складывали в штабеля. Из дерева был построен весь городок, из дерева были причалы на берегу, все из дерева. У причалов было не пусто – несколько десятков маленьких лодок, сколько-то баркасов побольше, с мачтами и спущенными сейчас парусами, а также еще один буксир, или просто пароходик, сходный размерами и конструкцией с «Полом Баньяном», но надпись была на нем на русском – «Бурлакъ».

Прямо вот так, старинными же по стилю буквами и с твердым знаком.

– Маразм, маразм, маразм, – только это я вслух и сказал.

Нет, я знал и помнил, что «сидят» здесь не только американцы.