Выживатель

Как еще может быть?

Где-то совсем недалеко от марины вдруг раздались частые выстрелы, кажется, из ружья, так неожиданно, что Янина подскочила, испуганно вскрикнув, а я схватил со стола ПНВ, суетливо нащупывая кнопку включения. Но даже без него я разобрал, что группа психов, все еще остававшихся на набережной, вдруг сорвалась с места и побежала куда-то в проход между домами, завывая и громко топоча. Эхо от их криков метнулось над темной водой, в которой искрами отражалась луна. Снова выстрелы, затем крики стали громче, хоть и дальше от берега, затем было стихли, а потом быстро переросли в звуки драки.

– Что это? – в кокпите, поднявшись снизу, появился Майк.

– Кто-то неподалеку прятался, видимо, а они его нашли.

– Почему не ушел раньше? Здесь их слишком много. Наверняка их намного меньше дальше от заселенных мест. Днем ведь можно уйти, так?

– Да, так, – кивнул я. – Я же ходил сегодня. Но на это надо решиться. А человеку могло быть просто страшно, он сидел дома и… дальше мы знаем.

Иногда бездействие кажется людям опасней действия, хотя обычно все наоборот.

Выстрелы слышались приглушенными, это где-то в здании. Скорее всего, я угадал.

– Проклятье, проклятье, проклятье, – Майк потер лицо руками. – Не могу поверить в то, что это на самом деле все происходит. Кажется, что сейчас проснусь, а потом встречусь с вами во «Флюиде», пригласив на бокал белого вина.

– Я же всегда пиво пью, – усмехнулся я.

– Верно. Но я – вино.

Вообще-то он всегда пьет белое сухое вино, разбавленное содовой, со льдом, то есть почти безалкогольное по крепости.

Его здесь многие пьют… пили. Из-за жары пили. Но во «Флюиде» мы уже больше не встретимся. Когда я ехал к пляжу, я видел «Флюид» из окна машины – перевернутые столики, разбитая витрина, запустение и разор.

– Но у нас схожие мысли, – сказал я. – Я тоже не очень верю в то, что это все, – махнул рукой в сторону берега, – реальность. Такой реальности не бывает.

– Это нереальность, которая прикинулась реальностью.

Но прикинулась очень хорошо, натурально. Ладно, пошли спать, психи в воду не лезут, так что нам ничего на борту не грозит, – добавил Майк, поворачиваясь к трапу.

На этом и разошлись. Я проверил детей, спавших в кормовой каюте, убедился, что их не разбудили ни крики с набережной, ни выстрелы, и пошел спать сам, в «мастер-каюту». Майк, перебравшись к нам на борт, оккупировал раскладной диван в кают-компании.