Путешествие Джо и его друзей

Удивительно, как музыканту, играющему на «самом немузыкальном» инструменте, так легко это удавалось! Монотонные раскаты сменялись звонким каскадом, который чем выразительнее становился, тем больше возвращал слушателя в настоящее. И на протяжении всего произведения они чередовались. Вместе с тем ритм постепенно нарастал, и их чередование ускорялось. Казалось, приближается апогей. Но это не было движением к завершению… Скорость стала невероятной, что, однако, выражало не скоротечность, а постоянство, не мимолётное, хоть и исполненное силы, торжество, а безмерность некоего действа.

Но вот ритм внезапно изменился, и вновь музыка напомнила раскаты грома, только на сей раз звучащие вдалеке. Вызванное к жизни прошлое возвращалось вспять. И долгие неразборчивые дроби в конце – точно ещё остающееся от него, но тоже уже исчезающее эхо…

Молодой человек вышел из-за напоминающей свалку горы барабанов, которая до сего момента делала его невидимым, откланялся в каждую сторону, оглянулся на то, что только что служило подспорьем его ощущениям, – как бы гадая, насколько всё происшедшее было реальным, – после сего взглянул на небо, чему-то улыбнулся и сделал ещё один, на сей раз глубокий поклон.

Барабанщик был представлен Анисионом из Вальховы, града, уже неоднократно упоминавшегося во время фестиваля и приведшего своими именами в недоумение многих тогдашних знатоков искусства.

Сойдя со сцены, музыкант не присоединился к остальным выступившим, а сел на прежнее место, подле старика.

Волнения не стихали, даже наоборот, ибо произошло намного больше, чем ожидали от фестиваля; и то был ещё не конец!

Последний музыкант, впрочем, явно не спешил выступить. Даже когда шум заметно поутих, он продолжал сидеть. Видя это, публика нашла в себе возможность затихнуть вовсе. Но как оказалось, старик Джо так заслушался, что просто забыл, для чего проделал долгий путь. И если бы Анисион не напомнил ему об этом, он бы, вероятно, ещё долго не сдвинулся с места.

– Старею, сынок… вот уж до чего забывчивым порою бываю, – сказал Джо заботливому молодцу и душевно с поклоном поблагодарил его.

Однако, стоя посреди сцены, старик выглядел растерянным. Тогда, чтобы помочь ему обрести почву под ногами, музыканты дружно встали и начали всячески его поддерживать.