Земля лишних. Исход

И новообретенное богатство сразу же захотелось переделить. Начались конфликты. Но таков неизбежный путь становления нового мира, собираемого из людей мира старого, со старыми привычками, менталитетом и стереотипами.

Ордену, несмотря на это, удается сохранять нейтралитет и оставаться над схваткой. Все стороны всех конфликтов знают, что Орден работает на каждого поселенца, независимо от цвета кожи, убеждений и веры. Орден защищает Человечество Новой Земли в целом…»

Стоп, стоп, стоп, благородные какие, сейчас рыдать начну, растрогавшись… Я отложил брошюрку в сторону, задумался.

По своему опыту знаю, что там, где очень много благородства сразу и в одном месте, – всегда какая-то дрянь зарыта. Вот не верю я давным-давно в тех, у кого денег очень много, но цель их жизни – сделать всех кругом счастливыми. Эти деньги сперва заработать надо, а процесс их извлечения из карманов ближних в таких количествах редко напоминает благотворительность. Это как Джордж Сорос: весь мир о нем говорит, филантроп он и почти Мать Тереза, но об осчастливленных им я так и не слышал, а вот про оставшихся без последних штанов в результате очередного его «игрушечного» финансового кризиса – сколько угодно.

Украл сто рублей у ста человек, а потом торжественно, с фанфарами, вернул одному из них пятиалтынный. Даже не ему – сиротке конфет отсыпал перед камерами, причем «камеры» здесь ключевое слово. Благотворительностью называется, если кто не в курсе. А из скольких стран «благотворителя» пинками вышибли, за его неуместную политическую активность? Даже в России сообразили это сделать.

Сладенький текст про Орден тоже вызвал еще не оформившиеся, смутные подозрения. Ладно, как говорили в Одессе – будем еще посмотреть. В любом случае я здесь кроме бара Арамова, еще и не видел ничего.

Отбросив памятку, я взял с прикроватной тумбочки бумажный пакет с путеводителем и картами. Начал с карт. Первой лежала карта Новой Земли в совокупности – так сказать, «политическая карта мира», наложенная на географическую.

М-да, интересная конфигурация. Больше всего заселенная местность напоминала Центральноамериканский перешеек, но такой, как бы сплющенный сверху. То, что должно было быть Мексиканским заливом, по форме скорее напоминало Средиземное море в зеркальном отражении. Сверху, сначала по равнине, а потом по горным каньонам, затем по долине меж горных хребтов, на перешеек стекала большая река, разбегавшаяся в дельте на многочисленные рукава. Называлась река Амазонкой.